До сих пор никакие неловкие моменты не заставляли меня сожалеть обо всех моих жизненных решениях, и никто не задавал неуместных вопросов, которые заставляли меня хотеть открыть дыру в земле и погрузиться в нее.
Если немного повезет, я даже смогу пережить этот единственный ужин невредимой. И я действительно думала, что так и сделаю.
Я надеялась, что это чувство удовлетворённости, звучащее под моей кожей, не было побочным продуктом пищи, которую я вдохнула. Потому что именно это мог сделать с тобой испанский пир.
Мы все сидели за круглым столом на террасе ресторана с видом на море. Солнце садилось за горизонт, собираясь достичь тонкой линии, где океан и небо встречались, и единственным звуком, наполнявшим воздух вокруг нас, кроме тихого шума, был грохот волн о скалы, окаймляющие побережье.
Проще говоря, это было идеально.
От мягкого прикосновения руки к моей руке у меня по спине пробежали мурашки.
— Холодно? — спросил у самого моего уха глубокий голос, который я ожидала услышать так, что у меня перехватило дыхание.
Покачав головой, я повернулась к нему лицом. Нас разделяло всего несколько дюймов. Наши губы.
— Нет, я в порядке, — я не была в порядке. Я поняла, что когда Аарон подошел так близко, я была совсем не в порядке. — Просто переела. Возможно, я перестаралась.
— Даже нет места для десерта?
Мои брови поползли вверх от такой дерзости.
— Не будь смешным, osito (медвежонок). У меня всегда есть место для десерта.
"Губы Аарона изогнулись, и улыбка коснулась уголков его глаз, преобразив все его лицо.
Вау. Я не была готова к этому, если бабочки в моем животе были каким-либо признаком.
— Лина, Аарон, еще вина? — спросил мой папа с другой стороны стола.
Мои родители настояли, чтобы мы заказали вино, даже если свадьба была завтра — где алкоголь, несомненно, будет течь реками сидра, вина и еще чего-нибудь. Никто не пытался жаловаться. Даже Изабель или Гонзало, на лицах которых отразились последствия нашей почти бессонной ночи.
— Нет, спасибо. Я думаю, что приберегу себя на завтра, — ответила я, убирая свой стакан из-под папиной руки. Бутылка уже парила в воздухе.
В отличие от меня, Аарон был слишком медлителен. Поэтому, прежде чем он смог ответить, мой отец уже наполнил свой стакан.
— Кто не успел, тот опоздал, — прошептала я, наклоняясь в его сторону.