Позже, как только мы приведем себя в порядок и я устрою тебя поудобнее и расслаблю, — его другая рука легла мне на подбородок, откидывая мою голову назад, чтобы он мог заглянуть мне в глаза. — А завтра мы поговорим с отделом кадров. Мы спросим Шарон, если это даст тебе хоть какое-то спокойствие.
Почему? Почему, мир? Почему он должен был быть таким заботливым? Таким чертовски идеальным?
— Но прежде чем сделать это, ты должна дать нам шанс, — настала его очередь прерывисто вздохнуть, сорвавшись с его губ. — Ты мне доверяешь?
Моя рука, которая все еще лежала на его груди, прямо над сердцем, сжала ткань его рубашки.
— Отвези меня домой, Аарон Блэкфорд.
***
Уставившись на экран своего телефона, я в сотый раз размышляла, следует ли мне ответить на сообщение правдой.
Она сейчас взбесится. Она собирается надрать мне задницу так сильно, что отправит меня обратно в Испанию.
Оторвав взгляд от экрана и посмотрев на свое отражение в зеркале — зеркале в ванной Аарона, — мне не понравилось то, что я увидела.
Отвернувшись, я облокотилась на край впечатляющей и соблазнительной ванны. Достаточно большой, чтобы вместить двух Ааронов, как и все остальное в его квартире.
Я снова уставилась на свой телефон, чтобы перечитать ее сообщение.
Рози: Ты вернулась? Насколько все было плохо? Расскажи мне все за чашечкой кофе. Или двух? Может быть, трех? Сколько потребуется чтобы рассказать?
Как только я наконец набралась смелости ответить, на экране заплясали три точки.
Рози: Я могу зайти к тебе домой, принести тебе кофеин. Через час? Тридцать минут? Сейчас?
Я могла представить, как моя подруга хлопает на меня ресницами.
"Лина: Я не у себя дома.
Рози: Все еще в аэропорту? Я могу зайти позже. Просто скажи время.
Сделав глубокий вдох, я напечатала свой ответ.
Лина: Я не думаю, что вернусь к себе сегодня вечером.
Эти три точки вернулись к жизни на экране. Она печатала, печатала и печатала. В течение глупо большого количества времени.