Его рука опускается на мое бедро под столом и гладит вверх по моей ноге, поднимаясь все выше и выше, пока Кензо покусывает мою шею. Не сводя глаз с Райдера, я снова поворачиваюсь к Кензо, пытаясь игнорировать свою пульсирующую киску. Облизывая мою шею, он начинает покусывать мое ухо, раздвигая мои бедра и прижимая руку к моим мокрым трусикам, платье дает ему полный доступ.
— Я чувствую, какая ты мокрая, — мрачно бормочет Кензо голодным голосом. — Держу пари, если бы я просунул пальцы в твою тугую маленькую пизденку, ты бы кончила для меня, не так ли?
— Ты бы не посмел, — огрызаюсь я, пытаясь действовать жестко, но как только слова слетают с моих губ, я понимаю, что наделала.
Бросила вызов… человеку, который сделал состояние на азартных играх и ставках.
Твою же мать.
Губы Райдера слегка приподнимаются, как будто он знает, что должно произойти. Откинувшись на спинку стула, забыв свой телефон на столе, он пристально смотрит на меня. Без сомнения, отмечая подъем и падение моей груди, мои приоткрытые губы, румянец, заливающий мои щеки и стекающий по шее.
И актриса я.
Кензо на мгновение отстраняется, и я удивленно смотрю на него. Этот парень не похож на того, кто отступает, но потом на меня отсвечивает блеск лезвия, вспыхнувший молнией в свете ламп, прежде чем он прижимает его к ткани, обтягивающей мою киску. Я замираю, едва дыша, а Кензо смеется мне в ухо.
— Они мешают, — рычит он, прежде чем отрезать их. Я громко вздыхаю, когда прохладный воздух обдувает мой влажный центр.
Я смотрю, как Кензо засовывает нож и мое нижнее белье в карман, прежде чем его рука снова возвращается к поглаживанию моего бедра. Я ничего не могу с собой поделать и раздвигаю ноги еще шире для него, задевая огромное бедро Гарретта под столом. Мой взгляд резко поднимается к нему, чтобы увидеть, как он смотрит на меня сверху вниз. В Гарретте, как обычно, плещется злость, но я также замечаю в этом взгляде глубокий голод.
Я хочу отодвинуться, должна. Он не любит меня, или женщин, или когда к нему прикасаются. Но Гарретт не отстраняется, и я тоже. Моя нога прижимается к его ноге, когда рука его брата, наконец, накрывает мою теплую киску.
Затем Дизель подходит к столу и опускается на место Кензо.
— Придурок, — бормочет он, а затем смотрит на меня, его глаза загораются, когда Ди видит, в каком я состоянии.