Это будет больно.
Мы все рассаживаемся и наблюдаем за работой Райдера. В конце концов, я учился у лучших. Я могу быть жестоким и слетевшим с катушек, но Райдер… он точно знает, где резать, куда бить, где разрезать, чтобы причинить наибольшую боль. Я почти уверен, что в другой жизни из него вышел бы хороший врач, знаете ли, если бы он не был таким кровожадным ублюдком.
Парень молит о смерти, прежде чем она настигает его, и он умирает в муках и одиночестве, зная, что виноваты его собственные ошибки. Я нахожу несколько коробок, и Райдер кладет конечности мужчины в каждую из них.
Руки.
Ноги.
Руки.
Пальцы.
Член.
Голова.
Смеясь, мы запечатываем их и несем с собой в машину.
К тому времени, когда мы заканчиваем, уже рано, и солнце почти встает.
— Возвращаемся домой. — Райдер натягивает куртку, хмуро глядя на пятна крови.
— Да, интересно, что задумала эта Маленькая Птичка.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ
РОКСИ
— Флеш, сучки! — Я смеюсь, выкладывая карты на стол. — Дивитесь и хнычте.
Тони стонет, его крупное тело втиснуто в кресло в столовой, где мы играем в покер.
— Черт, как ты продолжаешь выигрывать? — рычит Сэм, бросая свои карты.
— Она, должно быть, жульничает, — рычит Дем. Теперь он? Он засранец. Грубый гребаный ублюдок, который думает, что женщин следует видеть, а не слышать. Мне доставляет огромное удовольствие доказывать, что он ошибается. Даже другие, кажется, ненавидят его. Поуп все еще патрулирует квартиру и наблюдает, но остальные просто сидят там, так что становилось слишком скучно.
"Я обыскала комнату Кензо, пока не нашла колоду карт, и не бросила парням вызов на несколько раундов покера, пока мы ждали прихода парней. Я ни за что не усну, пока они не уснут, так что я могла бы с таким же успехом заработать немного денег. Я хватаю записки и запихиваю их в лифчик, ухмыляясь Дему.
— Ты просто большой неудачник, особенно для женщины. — Я смеюсь, и его глаза сужаются, ноздри раздуваются.