Роксана такая скользкая, что я могу войти в нее на всю длину, проводя своей длиной по нервным окончаниям, когда я наклоняюсь и потираю сверхчувствительный клитор Роксаны, заставляя его болеть так же сильно, как дарю ей потрясающие ощущения.
Роксана кричит, ее ногти царапают мою спину и режут кожу. Эта боль проникает в меня до тех пор, пока последние остатки моей сдержанности не лопаются. Застонав, я теряю контроль над собой. Нет ни ритма, ни ритмического рисунка, когда я трахаю Роксану глубокими, мощными толчками.
Все сильнее и сильнее, гоняясь за собственным освобождением, не заботясь о том, как Роксана борется со мной. Ее ноги притягивают меня ближе, хотя она продолжает биться. Ногти Роксаны впиваются в мою плоть, и я чувствую, как она разрывается, кровь начинает стекать по моей коже. Это только делает меня тверже, мое лицо искажается в рычании, когда я откидываюсь на пятки и хватаю ее за бедра, одним плавным движением поднимая ее задницу в воздух.
Роксана так совершенна, слишком совершенна.
Моя маленькая драчунья. Наблюдая за тем, как мой член входит и выходит из ее влажного тепла, я почти изливаюсь в Роксану. В ней слишком легко потеряться, слишком тесно, слишком влажно, слишком чертовски красиво, это больно, и я не могу сдержаться, хотя и хочу, чтобы это длилось.
Я попал в то место глубоко внутри, которое заставляет ее цепляться за диван, голова Роксаны ударяется, когда она борется со мной.
— Кончай, — приказываю я, не узнавая звук своего собственного хриплого голоса, нуждаясь в том, чтобы Роксана нашла свое освобождение раньше, чем это сделаю я.
Я так близко, чертовски близко. Этого никогда не происходит быстро, я всегда убеждаюсь, что они кончают по крайней мере три раза, прежде чем это сделаю я, но с Роксаной я ничего не могу с собой поделать, это не рутинный секс. Не что-то, что стоит отметить галочкой в моем списке, чтобы удовлетворить свои плотские потребности. Я хочу Роксану каждой гребаной клеточкой своего существа, так сильно, что это причиняет боль.
Хочу излить свое семя на ее груди и на свои следы от укусов. Я хочу взять каждый дюйм ее тела своим языком и членом, но это будет позже, а сейчас я хочу заполнить Роксану, и я больше не могу сдерживаться.
Роксана уничтожает меня, и зная, что она будет ходить с моей спермой, вытекающей из нее, все узнают и увидят, что она моя, я приподнимаюсь над ней, когда мои бедра сокращаются."
"— Сейчас, — требую я, щелкая ее по клитору.
