"
"Мы кружили, борясь с водой с помощью паники и инстинктов.
Я вдохнула полный рот воды и тут же закашлялась, проклиная себя за потерю жизненно важного воздуха.
Черт возьми, мне нужен был воздух.
Ноги горели от напряжения, грудь сдавило от паники.
Это было оно. Еще и дня не прошло, а я уже собиралась умереть, утонуть, как слабейшая из слабых.
— Пинайся! — крикнул Лэнсон, хотя вода вокруг нас ревела так, что его было трудно расслышать. Эшлани замотала головой перед нами.
Я пиналась. Пиналась изо всех сил.
Кто-то закричал.
Это должно скоро закончиться, они не могут делать это вечно.
Вода забурлила, и огромная волна, взявшаяся из ниоткуда, обрушилась на нас.
Я потеряла хватку Лэнсона.
И вода утянула меня под себя.
Никакие удары не могли поднять меня вверх. Никакая борьба, никакая сила воли не могли заставить меня подняться на поверхность.
Я задерживала дыхание, сколько могла — а это было недолго, из-за колотящегося сердца и обессиленных конечностей.
Я обманывала смерть много-много раз в своей жизни.
Но покинуть этот мир по воде?
Нет уж, спасибо.
Я пиналась, пиналась и пиналась, двигаясь по темной воде вслепую, отчаянно.
Потом что-то схватило меня за талию и подняло вверх сильными, грубыми руками.
Не Лэнсон.
Я была так близка к тому, чтобы вдохнуть воду, чтобы наполнить свои кричащие легкие, когда мы вынырнули на поверхность.
Я задыхалась, кашляла и выплевывала воду, втягивая в легкие свежий воздух, словно дышала впервые.
Потом я поняла, кто меня держит.
— Обхвати меня за шею, — прорычал мне в ухо Вульф, едва слышный за непрекращающимся ревом воды.
Течение превратилось в хаотический торнадо, засасывая всех в центр.
Утягивая всех вниз.
Всего через несколько секунд мы тоже окажемся на дне.
Я повернулась лицом к Вульфу и обхватила его за шею, держась изо всех сил. Он был моим гребаным спасательным кругом, как бы жалко это ни звучало.
Его крылья вынесли нас из спирали, уворачиваясь от тел вокруг нас, и потащили к внешнему краю двора. Мы были уже на полпути к стенам замка, вода пожирала все и вся внизу.
Вульф добрался до края у каменных стен замка и поднял себя — вместе со мной — из воды на оконный карниз.
Он прижал меня к своей груди, а я прижалась к нему, держась так же крепко, как и раньше. Вода не останавливалась, не успокаивалась.
Мы были мертвы, черт возьми.