Ты счастливая сучка, — она улыбнулась мне.
— Ага, это помогает ему избавиться от комплекса вины и пренебрежения мною, с тех пор как он женился на Ларисе. Каждый раз, тратясь на эти платья, я прекрасно знала, что не буду носить их для того, чтобы помочь ему избавиться от этого.
— Ты странная, знаешь об этом? — сказала она, наклонив свою голову изучая меня.
Я засмеялась.
— Да, я догадывалась. Но ведь это и делать нас единым целым, вот почему мы хорошие подруги.
— Совершенно верно. Одна странная сучка знает другую такую же, — она засмеялась.
— Эй, прекрати эти нежности. Ты собралась испортить мне, мой чертов макияж, если я расплачусь, то мне снова придется потратить час на эту красоту.
— Попробуй красный. Этот цвет идеально сочетается с твоей кожей и темными волосами. Я не могу даже представить красный на себе, ведь он так и кричит, посмотри на меня.
Я засмеялась.
— Так это будет нормально, если каждый будет пожирать меня взглядом?
Ее бровь взлетела верх, пальцем она постучала по подбородку, таким жестом давая мне понять, что внимательно следит за мной.
— Хммм… ну, поправь меня, если я ошибаюсь, но я думаю, что есть один человек, от которого ты очень хочешь внимания. Так что будь добра сделай это дерьмо ради него и одень уже, наконец, это красное платье.
Сидя на краю кровати, я вздохнула, пожимая плечами. Я не знала, почему я так волновалась.
— Бьянка будет здесь и она сделает все, чтобы занять Оливера. Он не заметит меня, даже если я буду голой.
— Ах, но у меня есть гениальный план.
Хитрая улыбка на лице и блеск в ее глазах не сулил ничего хорошего. Я застонала. В последнее время все планы Куинн потерпели крах, и я уже серьезно начинаю сомневаться в ее мудрости, но одно другому не мешало, и поэтому появлялись новые идеи.
— Заставь его ревновать. Поцелуй какого-нибудь парня. Кельвин ведь приедет со своими родителями? Лариса и его мать подруги, разве нет?
Мои глаза заблестели.