Неужели ты думаешь, что всем этим благородным лордам и леди было бы не наплевать на меня, если я буду разведена? Ты думаешь, что я брошу все это без всякой причины?
— Неужели тебе не стыдно, говорить мне такие вещи? — Мне следовало бы уже привыкнуть к ее эгоизму, но, похоже, она способна меня все еще удивить.
— Стыдно?! — выплюнула она. — Такова жизнь. Я выросла вместе с тобой и отцом, который обещал мне весь мир, а теперь ты хочешь вырвать этот мир у меня из-под ног. Ни за что на свете!
Я цинично улыбнулся.
— Значит, я более или менее твой трофейный муж?
— Мне плевать, как ты это будешь называть, ни одна женщина никогда не займет мое место. Это мой дом. Ты отказываешься наладить отношения, так что тебе придется мириться с тем, что есть.
Я выпрямился. Насколько я мог судить, представление подошло к концу. Я поднял трубку рабочего телефона.
— Барнаби, будь добр, подготовь для меня вертолет.
— Да, мистер Кинг, — последовал ответ.
— Бретт, мы еще не закончили.
— Закончили, — прорычал я. — Убирайся из моего кабинета и подпиши бумаги, пока я не лишил тебя всего.
Слезы жалости наполнили ее глаза.
— Я заберу у тебя Закари. Клянусь.
Мой ответ был прост.
— Попробуй.
38
Шарлотта
Тихий стук в дверь заставил меня подпрыгнуть. Когда дверь со скрипом открылась, показалось испуганное лицо Закари, я протянула руку, позвав его к себе. Он подбежал ко мне с пожарной машиной в руке, я усадила его к себе на колени.
— Как ты? — Спросила я."
"Он отрицательно покачал головой, в глазах у него стояли слезы.
Сейчас раздавались только яростные крики, что-то падало на пол, что-то билось о стены, тревожные глухие удары, которые никто не мог разобрать.
Мистер Бутсворт поднялся к ней, надеясь ее успокоить, но остался за дверью, так как она никого не впускала.
По ее ругательствам я догадалась, что происходит, но не могла в это поверить, потому что была слишком напугана. Я не забыла, как Бретт спросил меня, не его ли развод является причиной моего отказа.
Закари приложил ладонь к моему уху и прошептал:
— Мама на меня сердится?
— Конечно же, нет. Ты ведь не сделал ничего плохого, правда?
Он покачал головой.
— Вот видишь. Сейчас она просто немного расстроена, но все будет хорошо, когда папа вернется домой.