И та ярость, что плескалась в них, могла затопить весь этот мир. Дотянуться до самых дальних звезды и затмить сияние дневного светила.
Хаджар повернулся к озеру. Там, в обнимку, стояли Неро с Серой.
Улыбнувшись, Неро кивнул и исчез. Хаджар ответил тем же и повернулся к фее.
Где-то в глубине души он знал, что это, возможно, был их последний разговор."
"– Это мой мир, отродье Седьмого Неба, – прорычал Хаджар. Каким-то образом он чувствовал, что в пределах этого пространства способен на все. Что сейчас он находился внутри собственной души.
– Ты…
Хаджар сжал руку сильнее и слова превратились в писк.
– Ты прилетишь туда и скажешь, что слышал поступь Хаджара Дархана. Слышал мой голос и видел мой меч. И не важно, когда это произойдет. Не важно, сколько моей крови прольется. Не важно, кто встанет на моем пути. Но я поднимусь, слышишь?! Поднимусь на это клятое Седьмое Небо! И пусть Яшмовый Император выставляет против меня свои армии.
– Ты с ума сошел, смертный! Ты понимаешь о чем ты говоришь?! Это глупость! Справедливости нет в этом мире и даже если…
– …существуют другие миры, то и там её нет.
С этими словами, размахнувшись, Хаджар швырнул посланника богов в сторону неба.
Кто такой Санкеш перед ликом богов? Что такое Империя Дарнас по сравнению с Седьмым Небом? Лишь короткие вспышки в ночи.
Он перешагнет через них. Так же легко, как каждый день перешагивает через себя.
Вытащив меч, Хаджар посмотрел вперед. Взгляд его был ясен, а рука тверда.
Хаджар открыл глаза.
Он лежал на носилках. Перебинтованный, скулящий от жуткой боли.
– Лежи, варвар, – проскрипел Эйнен, толкущий в ступке какое-то лекарство.