Что же касалось стоек, то здесь все намного проще. Насколько вообще могут быть простыми знания, для осознаниях которым “простым” людям необходимо взобраться минимум на среднюю стадию Небесного Солдата.
Пятая стойка, которую Травес называл “Южный Ветер”, на самом деле… так не называлась. Ну или называлась, но именно в исполнении Травеса. Потому как Хаджар собирался придумать ей другое название. Так же, как и совершенно иное применение.
Простая истина заключалась в том, что пятая, шестая и седьмая стойки “Меча Легкого Бриза” были “не более”, чем различные комбинации первых чтырех стоек.
Но даже так, у двух людей (если бы у техники было больше последователей чем два. А среди ныне живущих – лишь один Хаджар) выбравших одинаковую комбинацию, все равно не вышло бы одинаковых стоек. Ведь у каждого свой собственный внутренний дух, который вливается в меч и техники.
Хаджар продолжал медитировать над пятой стойкой.
Он вспоминал и Шакара с Шакхом, и Ильмену с Наместником Империи, Примуса и Патриарха секты Черных Врат. Не обошел стороной внутреннего дракона и воина племени Бедуинов – Койота. Вспомнил увиденные заклинания Карисы, битвы в яме и, конечно же, Ольгерда.
Особенно Ольгерда.
Чего не хватало Хаджару во всех этих битвах.
Да, безусловно, Хаджар обладал большим талантом на пути Духа Меча. Но вот тело у него (если не учитывать сердце дракона) оставалось весьма простым. Может чуть выше среднего, если учитывать широту Узлов и Мередиан, сквозь которые текла энергия Реки Мира.
Но вот владеть одинаково хорошо обеими руками Хаджар не мог.
Но если Хаджар не мог владеть двумя мечами, то как же нивелировать проблему? Ответ, опять же, лежал на поверхности. Вернее – в его последней битве.
Хаджар все никак не мог забыть, как Ольгерд использовал технику ледяной пустоши.