Изорванный кафтан, вымазанный в земле и пыли, теперь сильно напоминал любимые, поношенные одежды Хаджара, в данный момент покоящиеся в пространственном кольце.
– Клятый варвар! Демон тебя полюби! – Глен подскочил к Хадажру и схватил его за грудки. – Под ноги себе мать смотреть не учила?!
Глаза Хаджара вспыхнули недобрым огнем и он уже схватился за меч, как перед ним и балиумцем возник шест Эйнена.
– Если так хочешь, Глен, – спокойно произнес островитянин. – можешь ты идти первым. Никто из нас не будет против.
Хаджар остыл так же быстро, как и вскипел. Перед тем, как Глен отвернулся, он успел увидеть в его взгляде разочарование. Только сейчас Хаджар ощутил, как пощипывает шрам на ладони, оставленный принесенный клятвой.
Что же – не так уж прост оказался балиумец. Или же весьма неплохо действовал по чужой указке.
Хаджар повернулся к Рамухану, но так и не смог поймать взгляда колдуна. Тот умело прятал глаза, делая вид, что изучает окружавшую их обстановку. А изучить было что.
Они стояли посреди, как сперва могло показаться, широко коридора.
– Интересно, а это изумруды? – Глен с жадностью пожирал глазами драгоценные камни, вставленные в оперенья царской птицы.
Хаджар его прекрасно понимал. Изумруды и у него самого вызвали желание достать разделочный кинжал и попытаться выковырять их оттуда. Разве что у Хаджара воля оказалась крепче, нежели… у всех остальных.
Даже Эйнен – и тот, словно кукла в руках неопытного марионеточника, дергана зашатался в сторону драгоценностей.
– Это ловушка! – рявкнул Хаджар.
Обогнув членов отряда, он рассек мечом пространство. Перед лицами людей пронесся синий полумесяц. Он оставил на полу еще одну длинную борозду, но со своей задачей справился и наваждение сбросил.
– Демоны, – прохрипел Глен, отворачиваясь в сторону от заманчивого блеска. – это место меня прикончит.
– Если этого не сделает раньше кто-то из нас, – фыркнула Тилис, видимо позабывшая о недавно принесенной клятве.
– Идемте, – скомандовал Рамухан. – и, ради Вечерних Звезд, будьте внимательны.
Глава 400
То, что сперва показалось коридором, на деле оказалось широкой и длинной платформой.