– Слышь, Гордый, а эта твоя гостья из прошлого случаем не блонда?
– И че дальше? – огрызался я Ромке, понимая совершенно правильно куда он клонит.
– Ну, как бы и ничего. Просто, думается мне, хреновая у тебя вакцинация вышла, – пожал плечами друг и улыбнулся мне, аки агнец божий, – никакого иммунитета.
– Хреновый у тебя прикус, Рома. Хочешь поправлю?
– Да ладно, че ты завелся как бабушкин пылесос. Натяни ее разок и уже выдохни. Ну симпотная телка, ну хочется тебе ее попробовать. Так зачем себе отказывать? – и я видел, что друг реально не понимает очевидных вещей.
– Она того не стоит, – сделал я большой глоток из своего стакана и вновь придирчиво просканировал танцпол в поисках жертвы на сегодня.
– Почему?
– Потому что Толмацкая – пиявка, друг мой. Один раз она мне кровопускание устроила. Больше не надо.
– Тогда терпи, – пожал плечами Ветров.
Что я и делал. Каждый божий день чуть ли не в календарике отмечал, что продержался и не выкинул какой-то номер по ее милости. Стал злым, раздражительным, пару раз чуть не сорвался на Милу и подчиненных.
И гребаных завтраков больше не было тоже, что особенно бесило.
Ну какого черта эта стерва явилась и играть со мной удумала, а? И глаза ее эти грешные! Смотрит на меня, будто что-то выпросить у меня хочет и губы свои постоянно покусывает.
А-а-а! Я бы и сам их попробовал, а потом бы вообще, наверное, сожрал и не подавился.
Чума!
Но знал бы я, что это все еще цветочки. Ягодки пошли, когда пришлось нам вместе с Ариной лететь в Питер на международный экономический форум.
Но куда там?
Арина как кость стояла у меня в горле. Улыбалась, смеялась, поправляла волосы, покусывала чертов наконечник карандаша, задумчиво вела пальцами по длинной шее, томно вышагивала на своих умопомрачительных шпильках…этот список можно было бы продолжать бесконечно, если учесть, что я то и дело глазел на нее словно полоумный.
Вот так и получилось, что все время, пока нужно было работать мозгами и включаться в деловой процесс, я тупо боролся с первобытными желаниями, направленными на одну единственную, и как это не парадоксально прозвучит, нежеланную женщину.
Ведь я не хотел ее желать, вот только получалось слегка дерьмово…
Под конец всей этой жесткой катавасии я реально психанул. Да еще и Толмацкая удумала мило беседовать с повстречавшейся нам на пути четой Седых.