Отыскивают нужные точки, нажимают на них и приводят меня в невообразимый восторг.
И меня выгибает в его руках! Я захожусь от наслаждения и все больше раскаляюсь, когда его язык прикасается к моим вершинкам, покусывает их, терзает.
Без отрыва от горячих ласк и страстных поцелуев Стас начинает раздеваться. Поспешно. Рывками. На ремне мешкает, рычит, ругается! А потом облегченно выдыхает и резко подтягивает меня к себе, давая понять, что шутки в этой затяжной игре закончились.
– Спальня…где? – его голос сбит, исковеркан страстью и адреналином.
А у меня дар речи вообще пропал. Я вижу его всего. Мощное, тренированное тело, забитые татуировками сильные руки, стальные кубики пресса и дальше вниз…ох…
И я только и могу, что указать кивком на дверь в конце коридора. На большее просто не способна. Вот только ему и этого достаточно. И вновь меня подхватывают под попу, а потом стремительно несут на белые простыни.
Всего через несколько мгновений я уже лежу спиной на кровати, а с меня снимают последнюю преграду на дороге к греху.
Трусики. Их больше нет.
А уже в следующий момент я тоненько и протяжно взвизгиваю, потому что его язык одним махом зашвыривает меня в эйфорию. Еще через минуту я прикусываю себе ладонь, чтобы не закричать, так остро все то, что он со мной творит.
Но в одном шаге от блаженства Стас тормозит и не дает мне упасть в пропасть.
Разочарованно хныкаю, но в ответ мне прилетает только тихое фырканье.
– Сейчас, – хрипит, а потом я слышу, как рвется фольга от защиты.
Приподнимает за спину, немного грубо подтягивает выше на кровати, а затем раздвигает мои ноги и устраивается между них.
Боже! И это больше не сон, а самая настоящая реальность.
Мой Стас! Со мной!!!
Дышит часто, прерывисто. Дарит последний поцелуй-укус.
А потом делает то, чего я так долго ждала.
Я же пребываю в таком растерзанном эмоциями состоянии, что не сразу понимаю, что он не двигается. Я слышу, нет, чувствую, как колошматит сердце в его груди, но сам он абсолютно неподвижен.
Пожалуйста! Только не сейчас!!!
– Арина, что это?
Боюсь отвечать! Боюсь, что он сейчас просто встанет и уйдет.
Навсегда!
Не надо так, умоляю!
– Я же не могу остановиться, – почти стонет он и я хватаюсь за эту фразу, как утопающий за пену морскую.
– И не надо.
– Будет больно, – его лоб упирается в мой лоб, а наше горячее дыхание теперь одно на двоих.
– Больно будет, если ты остановишься…"
"А уже в следующее мгновение я вонзаюсь зубами в его предплечье.