И вот лежишь, силясь поднять тяжелый меч, предназначенный для истребления чудовищ, истекаешь кровью в своей железной скорлупе – а случайный враг уже шарит в твоем багаже…
Я не буду тебе мешать.
Что?
Ты не принадлежишь к нашей цивилизации, – все так же скучно и терпеливо повторил корабль, – все определяющие факторы подходят, но все они фальсифицированы. Однако…
Кажется, и машины умеют колебаться.
Однако такая ситуация не предусмотрена прямо. Ты… ты и не совсем чужой. Ты принял в себя Ника Римера.
Затаив дыхание, балансируя на грани сна и яви, я ждал.
Ты не желаешь зла Родине. Ты не совсем свой – и не совсем чужой. Я не имею прямых инструкций для данной ситуации. Я решаю – не мешать.
Как ты раскрыл меня?
Я спросил, уже понимая, каков будет ответ.
Мысли не лгут. Петр Хрумов, ты понимаешь, сколько в тебе от Ника Римера?
Нет. Не знаю.
Достаточно много, чтобы я мог считать тебя человеком.
Нет!
Да. Твое отрицание лишь подтверждает факт. Тебе неприятно лишь то, что Родина, а не Земля, обладает большим могуществом. Это единственное, что мешает тебе принять наш путь развития. Мысли не лгут, Петр Хрумов.
Я молчал – если можно сказать это о сне.
Еще одно, будущий друг. Ты считаешь, что я скован ограничениями. Что я считаю окружающее игрой воображения – и потому не проявляю свободы воли.
Да…"
"Это не так. Мир – действительно игра моего воображения. Ты не можешь доказать мне обратного. Значит – это так. На этом мы закончим общение.
Почему?
Мы приближаемся к той точке пространства, где расположена одна из планет Тени. Первая планета, которой достигли разведчики Родины. Дальше ты можешь действовать так, как считаешь нужным. Во благо Родины. И во благо Земли…
Меня выбросило из сна. Толчком, ударом – будто компьютер корабля, натешившись общением, отвесил мне хороший ментальный пинок.
Судорожно вдохнув полной грудью – все это время я почти и не дышал, – дернувшись в кресле, я попытался собраться с мыслями.
Во-первых… уже приближаемся?
Вряд ли я проспал бы так долго сам по себе. Видимо, корабль, как и во время путешествия к Родине, счел нужным погрузить меня, да и всех остальных пассажиров, в сон.
И за время этого сна хорошенько порылся в моих мыслях.