Слишком быстро я стала чувствовать себя с ним так, словно мы супружеская пара, прожившая вместе не один год. Хотя каждое соприкосновение с ним сопровождалось целым взрывом эмоций.
Наилучшие компоненты из двух таких разных миров.
Комфорт и легкость старых, хорошо налаженных отношений, когда не нужно беспокоиться о сокрытии своих слабостей и недостатков из страха быть отвергнутой. В совокупности с бессонными ночами от умопомрачительных мыслей, что теперь он ВЕСЬ МОЙ, я — только ЕГО, а МЫ, преодолев все препятствия и преграды, наконец-то вместе.
С тех пор, как Райан приехал в Париж, он открылся мне с иной стороны.
Я не ожидала, что его присутствие в моей жизни станет неоценимой поддержкой в осуществлении моей мечты. Он искренне восхищался моими работами. С уважением относился к моей страсти, хотя многие видели в занятии живописью лишь глупую блажь. И ему нравилось, что я сильная… отчего мне хотелось быть еще сильнее.
— Всегда пожалуйста, индюшка. Эту банду неудачников было несложно заманить в Париж.
— Сегодня вечером тебя ждет облом. Помнишь?
Поднявшись, Райан обхватил меня за талию и потащил к ближайшей стене. И не успела я опомниться, как меня уже прижали к ней.
— Это прозвучало как вызов, индюшка, — Райан прикусил губу в своей чертовски эротичной манере, отчего мне захотелось растечься лужицей.
— Прекрати, — рассмеялась я.
— Интересно, есть ли здесь какие-нибудь перья... — он расстегнул одну пуговичку на моем платье, и его палец заскользил по образовавшемуся вырезу. — О, так даже лучше.
Мое сердечко замерло в груди.
— Ты говоришь серьезно, или это часть ритуала фарширования индейки?
— Я серьезен как никогда. И нет, это не домыслы, — он решительно покачал головой, сдвинув брови. — Это факт. Я люблю тебя.
— Я тоже люблю тебя, индюк, — не задумываясь, ответила я.
— Ты не можешь…
— Не могу? — рассмеявшись, я потащила его к кровати и толкнула на нее. — Может, это тебя стоит нафаршировать.
— Эй, эй, эй. Я скажу тебе то же, что и охраннику в аэропорту. Моя задница неприкосновенна.
Я забралась на него сверху и наклонилась, чтобы поцеловать. Какой же он вкусный! Впрочем, как и всегда.
— Ладно, — его руки, скользнув по моей спине, обхватили мои ягодицы и властно их сжали.