— Ну, сегодня я впервые подумал, что не буду возражать и сопротивляться, если Уильям попытается свести нас вместе.
Я на мгновение прикрыла глаза.
Часть меня рвалась к Райану, желая обнять его и утешить. Ведь все, что он говорил, было таким милым... Но нельзя было скинуть со счетов, что он предал мое доверие. Я начала неистово срывать с себя костюм. Мало того, что в нем я была неуклюжей, отчего чувствовала себя деревенской дурочкой, так еще и выглядела по-идиотски.
— Что ты делаешь? — удивился Райан.
— Пытаюсь выбраться из этого дурацкого долбаного костюма.
У меня перед глазами все завертелось и закружилось. Затрудняюсь сказать, каким чудом мое лицо не встретилось ни с одной ступенькой, но вниз я катилась до тех пор, пока не врезалась в стену. Колени и локти немного побаливали, но, к счастью, я не пострадала.
Райан, бросившийся следом, упал возле меня на колени. Он начал ощупывать мои руки и ноги, пытаясь определить, все ли у меня нормально.
— Я в порядке, — сказала я и, оттолкнув его руки, поднялась на ноги.
Наконец я полностью выбралась из костюма, но мне от этого не стало легче. Я осталась в облегающем бежевом боди, в котором выглядела также нелепо.
Швырнув костюм на пол, я угрожающе ткнула в Райана пальцем.
— Не вздумай смеяться, — предупредила я его.
Он поднял руки вверх, словно это был пистолет, а не палец, и решительно помотал головой. Но я готова была поклясться — он едва сдерживал смех.
Не раздумывая, я рванула вверх по лестнице.
Возможно, двери на нижних этажах не были заперты, и я могла бы добраться до вестибюля и сбежать из этого бедлама. Но мне вдруг нестерпимо захотелось глотнуть свежего воздуха, а выход на крышу, как я знала, был совсем близко.
Я понимала, что моя реакция на признание Райана была чересчур острой, и теперь жалела, что не дала себе времени все обдумать. Но гордость и гнев не позволили мне вернуться и сказать ему об этом.
Да, Райан сделал неверный ход. Но сделал это не злонамеренно.
Умом я, правда, все понимала. Вот только для прощения одной лишь логики было недостаточно. А прямо сейчас эмоции захлестнули меня, затмевая разум.
* * *
Толкнув дверь на крышу, я замерла, не зная плакать мне или смеяться.