Мне причитается. Почему бы нам не отправиться шпионить за Йонкером? Ты можешь передумать.
— А что насчет ребят?
— С виверной они в безопасности. Кроме того, Гастон уже должен был вернуться после общения с местными. Он удержит их от глупых поступков. С ними все будет в порядке.
Она покачала головой.
— Таков твой подход к жизни, не так ли? Импровизируй, и все будет хорошо.
— Эй, до сих пор это срабатывало.
— Ты невозможен, — сказала она ему.
Кальдар рассмеялся.
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
КАЛЬДАР передал бинокль Одри. Они были припаркованы в стороне, на задней стоянке для фургонов большого продуктового магазина, их украденная машина была ничем не приметна и сливалась на фоне остальных.
Одри взяла бинокль. Кончики ее пальцев коснулись его руки. Мысленно он поцеловал ее, пробуя на вкус эти малиновые губы. Конечно, в его маленькой фантазии ей это понравилось. Он лениво подумал, хочет ли она, чтобы он ее поцеловал. Отстранилась бы она, растворилась бы в поцелуе, стала бы…
— Дети, — сказала она, возвращая ему бинокль.
Он посмотрел. Толпа подростков пробиралась к дверям, каждый нес что-то в руках… Кальдар увеличил изображение.
— Листовки. Они несут листовки.
Одри потянулась за биноклем, и он отдал его ей.
— Они очень худые, — пробормотала она. — Наверное, беглецы. Здесь тепло. В городе их полно. Он использует их как ходячую рекламу.
Мужчина лет тридцати с небольшим с плакатом в руках последовал за детьми. Двери открылись, и две женщины вынесли тележку с бутербродами. Дети выстроились в ряд. Мужчина бросил свой плакат на лужайку и встал в конец очереди.
— Приди к Иисусу и живи полной жизнью, — прочитала Одри. — Да, он проповедник процветания. Тьфу.
— Я хотел спросить тебя об этом, — сказал Кальдар. — Что такое проповедник процветания?
Одри отняла бинокль от лица. Ее глаза расширились от удивления и возмущения. Она выглядела уморительно.
— Ты не знаешь, что такое проповедник процветания, но все равно взялся за эту работу?
— У меня есть ты, чтобы объяснить это.