Длина тропинки около двухсот локтей. Большое здание.
Джордж замолчал. Джек ждал.
— Я около оберегов. Ночной план не сработает. Эти обереги очень старые, по крайней мере, такие же, как наши в доме в Грани. Ты, вероятно, сможешь миновать их в обличье рыси, но никто из нас в человеческой форме не сможет проскользнуть мимо них. А теперь возвращаемся в лагерь.
Вот тебе и кража гаджета.
— Я в церкви. Внутри большая, один, два, три… двадцать пять рядов, разделенных на две секции посередине. Много открытого пространства по бокам и перед сценой.
— Кошка. Черт возьми.
— Тебя что, съели? — пробормотал Джек и мысленно выругался. Джордж был так глубоко погружен в транс, что ничего не слышал.
— Я прячусь под ведром для швабры. Он сломал мне шею. Чертовски больно.
Следующие десять минут они сидели молча.
— Ладно, она ушла. — Джордж поморщился. — Две комнаты.
Джек что-то проворчал себе под нос. Чем дольше Джордж пребывал в трансе, тем труднее было вернуть его обратно.
— Какая толстенная стена, — сказал Джордж. — Займет некоторое время.
Будь оно проклято!
Шаги. Джек напрягся. Ближе, ближе. Кто-то постучал в дверь.
Уходи.
Стук не прекращался.
Джек подошел к двери, опустился вниз и вдохнул плывущий под ней сквозняк.
Он встал и приоткрыл дверь на полдюйма.
— Эй. Че надо?
Она моргнула.
— Ммм, а твой брат здесь?
Джек подпер дверь ногой. Если Джордж начнет бормотать, их жизнь быстро осложнится.
— Он спит.
Девушка нервно облизнула нижнюю губу.
— Может, ты разбудишь его?
— Он устал. Я тоже устал.
— Я уверена, он не будет возражать, если ты разбудишь его ради меня.
То, как она стояла, решительно выставив вперед одну ногу, означало, что она не уйдет сама. Он должен был сказать что-нибудь злое сейчас, иначе они застрянут с полуоткрытой дверью, а Джордж может начать говорить в любой момент.
— У него есть подружка. И она красивее тебя.
Веснушчатая девушка сделала шаг назад.
— Знаешь что? Да пошел ты.
— Сама пошла. Пока. — Джек закрыл дверь и запер ее. Тьфу!
Прошел час. Другой. Это заняло слишком много времени.
Наконец, Джордж объявил:
— Ладно, я закончил. В комнате ничего, кроме стола.