Они нашли отпечаток пальца на трубке, который принадлежал некоему Алексу Каллахану, что был зарегистрирован в «реабилитационном центре» в Калифорнии Сломанного.
— Во сколько тебе обошелся этот кусочек информации? — спросил Гастон.
— В несколько безделушек из Зачарованного мира, — ответил ему Кальдар. — Оказывается, у нашего парня есть список преступлений длиною в милю. Штат Луизиана арестовал его за хранение наркотиков и кражу со взломом. Он также заработал пару ордеров во Флориде: кража и хранение с целью распространения.
— Это мне ни о чем не говорит, — сказал Гастон.
— Он обогнал скаковую лошадь на осле.
— Ты думаешь, он ушел в Грань?
— Скорей всего, — ответил Кальдар. — Из-за скоростной погони он заработал еще одну кучу ордеров. Потом он объявился в Алабаме и Теннесси, снова кража и хранение, и прямо сейчас его отпечатки пальцев указывают, что он зарегистрировался в «Розовом утесе» в Северной Калифорнии.
— Этот парень кажется, в основном, мелковатым воришкой, — сказал Гастон.
— «Кажется» здесь ключевое слово. Мы знаем только о тех случаях, где он пропалился, и каждый раз он был настолько под дозой, что удивительно, как он мог ступать по земле обеими ногами. Мы с тобой оба когда-то были Эджерами. Ты же знаешь по какому принципу они живут.
— По-семейному, — согласился Гастон.
— Именно. И этот кто-то внезапно получил кучу денег и отправил Алекса в лечебницу. У большинства Эджеров нет сорока тысяч, лежащих где-нибудь на полке.
Гастон присвистнул.
— Это серьезные деньги.
— Остается только гадать, откуда они взялись в семье Алекса. Если бы у меня было время, я бы постучал в какую-нибудь дверь в Грани рядом с Мейконом, где он впервые оставил след, но у нас нет такой роскоши. Мы знаем, где он, поэтому едем к нему и спрашиваем, как его трубка с крэком оказалась на городской площади в Зачарованном рядом с останками агента «Руки».
Все это не имело особого смысла, и теперь все молчали."
"Джек заерзал. Было бы намного круче сидеть впереди, где ему было бы видно небо, облака и землю далеко внизу. Жар, исходящий от спины виверны, и одеяла, которые дал им Гастон, поддерживали тепло в кабине, но не сказать, что было так уж жарко. Он снова заерзал. Скучно. Скучно, скучно, скучно.