Капитан никогда не говорил о первой встрече со своей королевой. Никогда не говорил, что он не вступился за нее, когда она была избита и унижена. Вздрагивал ли капитан от шрамов на ее спине, или просто рассматривал их, словно она была трофейной зверушкой?
- Ты не можешь обвинять меня, - выдохнула Аэлина. - Ты не имеешь права обвинять меня за теневой рынок.
- Этот город по-прежнему нуждается в защите, - отрезал Шаол.
Аэлина пожала плечами, направляясь к двери на крыше.
- Или, может быть, весь этот город должен сгореть, - прошептала она.
Эдион повернулся к капитану.
- Ты хочешь затеять драку, тогда приходи ко мне, а не к ней.
Капитан только покачал головой и уставился сквозь трущобы. Эдион проследил за его пристальным взглядом, окидывающим беспокойную, мерцающую столицу.
Он ненавидел этот город с того самого первого раза, когда увидел белые стены и стеклянный замок.
И все то время он даже не представлял себе, что то, что он действительно искал, та о которой все еще мечтало его разбитое сердце, жила в доме убийц, в нескольких кварталах от его отеля.
Наконец, капитан промолвил:
- Ты выглядишь в целости и сохранности, более ли менее.
Эдион подарил ему волчью усмешку.
- А ты не будешь, если так заговоришь с ней снова.
Шаол покачал головой.
- Узнал ли ты что-нибудь о Дорине, пока был в замке?
- Ты оскорбил мою королеву, но у тебя еще хватает наглости спрашивать меня о Дорине?
Шаол потер брови большим и указательным пальцами.
- Пожалуйста, просто ответь мне. Сегодня был очень плохой день.
- Почему?
- Я охотился на командира валгов в канализации, после борьбы в ямах. Мы выследили их пути к новым гнездам, и слава богам, не нашли там никаких следов людей, попавших в плен. Правда еще больше людей исчезли, чем когда-либо... прямо у нас под носом. Некоторые повстанцы хотят оставить Рафтхол. Обосноваться в других городах в преддверии распространения валгов.