Он не остановится, пока остальные, все еще спрятанные в городе, не будут тоже в безопасности.
Женщина протянула грязные руки - ее ногти были в трещинах, а кончики пальцев раздуты, словно она пыталась выцарапать себе выход из этой адской бездны в которой ее удерживали.
- Спасибо, - прошептала она своим хриплым голосом.
Вероятно, от крика, оставшегося без ответа.
Шея Шаола напряглось, когда он нежно сжал руки женщины, помня о ее почти сломанных пальцах, и пошел туда, где Несрин теперь чистила лезвие о траву.
- Ты хорошо сражалась, - сказал он ей.
- Я знаю, - Несрин посмотрела через плечо на него. - Мы должны доставить их к реке. Лодки не будет ждать вечно.
Прекрасно, он не ожидал теплоты или духа товарищества после сражения, несмотря на эту улыбку, но…
- Возможно, как только мы вернемся в Рафтхол, можем пойти чего-нибудь выпить.
Ему это было нужно. Ужасно.
Несрин поднялась на ноги, и он боролся с желанием вытереть брызги черной крови с ее загорелой щеки.
Волосы, которые она скрепила, распустились, и теплый лесной ветер колыхал пряди около ее лица.
- Я думала, что мы были друзьями, - сказала она.
- Мы друзья, - тщательно проговорил он.
- Друзья не проводят время друг с другом только когда их одолевает жалость к себе. Или откусывают друг другу головы, чтобы не задавать тяжелые вопросы.
- Я уже сказал тебе, что сожалею, что сорвался на тебя прошлой ночью.
Она вложила лезвие в ножны.
- Я могу жить с тем, что мы отвлекаем друг друга по любой причине, Шаол, но, по крайней мере, будь честен с этим.
Он открыл рот чтобы возразить, но, возможно, она была права.
- Мне действительно нравится твоя компания, - сказал он. - Я хотел пойти выпить, чтобы отпраздновать - не…толпой. Я хотел бы пойти только с тобой.
Она скривила губы.
- Это была самая непродуманная попытка лести, которую я когда-либо слышала. Но хорошо, я присоединюсь к тебе.
Худшей частью было то, что она даже не казалась безумной - она действительно имела это в виду.
Личный разговор решительно закончился, Несрин осмотрела поляну, повозку и кровавую бойню.
- Почему сейчас? У короля было десять лет, чтобы сделать это. К чему этот внезапный порыв, чтобы доставить всех этих людей в Морат? К чему все это?
Некоторые из мятежников обернулись. Шаол изучал кровавые последствия, словно это была карта.