В этот момент он боролся с потоком ярости и желания. Шей была там, где он хотел и где так долго в ней нуждался, а теперь он был вынужден оставить ее. Но ее безопасность была важнее, чем ее соблазнение. Всегда.
Ее безопасность была дороже его удовольствия.
Возможно он в путах ночного кошмара, поскольку это было худшим, что могло с ним случиться. - Предупреди остальных, - приказал он Бродерику. Слова вырывались из него, - Я хочу, чтобы все были во всеоружии и на поле сражения. Вскоре и я буду там.
- Считай, что уже сделано.
Он потер лицо рукой. Боги, он ведь знал, что этот день настанет. Почему это не произошло утром? - Бродерик, - позвал он, и воин поспешно вернулся. - Женщины замечены небыли?
- Они до сих пор скрываются.
- Отлично. Теперь иди, у тебя есть указания.
Бродерик выскользнул из комнаты во второй раз, его поспешные шаги эхом доносились от стен.
- Извини, Лунное Сияние, - сказал Валериан, пристально глядя на Шей. Краска залила ее щеки, ее светлые волосы раскидались по кровати, словно ленты белого шелка.
Она не ответила.
Он не знал, что еще сказать. Выбираться из постели, из ее объятий, было самым сложным, что ему когда-либо предстояло сделать. Он мечтал, чтобы у него еще оставалось время наконец-то удовлетворить ее желание и дать одному из них разрядку.
Он спешно одевался, натягивая штаны и нагрудные доспехи - все еще запятнанные кровью после сегодняшней тренировки - он осознал, что по-прежнему находится не в своей полной силе.
- Ты идешь на битву? - В итоге произнесла его женщина, но ее голос не выражал никаких эмоций. Он был пуст и холоден, словно он никогда ее не ласкал. Никогда не погружал в нее свои пальцы.
Это взбесило его так же, как и вмешательство Бродерика. - Если это потребуется, чтобы удержать дворец, тогда да, я пойду в бой.
- Но... ты ранен.
- Да.
- Ты не должен сражаться. Ты разбередишь свои раны.
Он держался поодаль от нее, когда забирал свой шлем и щит. «Череп» находился внутри. - Не начинай снова во мне сомневаться, Лунное Сияние. Я хорошо умею защищать и защищаться.
- Почему ты просто не вернешь драконам их дворец?
Он не позволит своей армии снова стать скитальцами, без настоящего дома, без настоящего убежища.