Любовь во тьме (ЛП)

Глядя вниз на эту отвратительную кучу наполовину пережеванной пищи, ощущая запах кислоты, от которого меня почти угрожало снова стошнить, я почувствовала, что очистила себя от омертвевших тканей, которые она увидела и захотела убрать, когда посмотрела на меня.

Я пристрастилась к этому чувству, к возможности контролировать это так же, как я контролировала любую другую часть своей жизни. Видеть, как убывают цифры на шкале. За то, что одежда становится свободнее на моих бедрах. За то, что я чувствую, как ее взгляд становится мягче по мере того, как я становлюсь меньше.

Я чувствовала себя победительницей , как будто нашла способ выиграть эту новообретенную войну против своего тела. Я занималась спортом, меньше ела, полагаясь на свой подростковый метаболизм и засовывала пальцы в горло, когда это было необходимо. Я сбросила детский жир и стала подтянутой.

Внешне я выглядел счастливой.

Но на самом деле я променяла одного монстра на другого.

Что бы я ни делала, этого было недостаточно. Я похудела на пятнадцать фунтов, и все же моей маме удавалось находить недостатки, которые можно было критиковать.

Я начала прибегать к еде для утешения и очищению для наказания. Я пристрастилась к эмоциональному комфорту, который давала мне еда, и позволила немедленному чувству стыда, которое я испытала после переедания, подтолкнуть меня к туалету.

Каждый раз я обещала себе, что это в последний раз.

Каждый раз, когда этого не происходило, отвращение к себе росло, пока я не оказалась в ловушке этого порочного круга, из которого не было выхода.

Я сражалась с невидимым противником, вела безмолвную войну сама с собой, и все это время внешний мир видел, как я процветаю.

Для них я была сильным и состоявшимся человеком. Перфекциониской, которой все давалось легко.

Если бы только они знали, как я разрушаю себя в собственной голове.

То, что начиналось как потребность в контроле, переросло в полное его отсутствие. Рациональное мышление сменилось жестоким голосом в моей голове, который звучал как я, но не был мной, и этим ментальным зудом, который становился все сильнее, чем больше я пыталась его игнорировать.

Я воздвигла стены вокруг себя. Чтобы защитить себя от боли, которую причинили мне мои родители, от осуждения и комментариев со стороны, но также и для того, чтобы никто не узнал о моей самой постыдной тайне.

В безопасности за моими стенами, никто не сможет причинить мне боль.

Никто не может увидеть слабость, которая скрывается под маской феноменального успеха.