Шестерки умирают первыми

Она небось тоже не спит, волнуется, ждет от него сообщений.

5

Вот и еще один день прошел, не принеся облегчения. Платонов делал все по плану и понимал, что результат даст о себе знать еще не скоро, но ждать становилось все труднее и труднее.

Утром Кира снова ездила в центр и звонила Сереже Русанову, чтобы сказать, что нужно не забыть три раза по тридцать плюс десять. Судя по реакции, Серега сразу понял, в чем дело, лишних вопросов не задавал и ничего не переспрашивал. Потом Кира вернулась домой, они вместе пообедали и составили список материалов, которые Кире нужно будет купить, если она все-таки решится на ремонт.

Вечером она снова поехала звонить. Сначала Русанову, чтобы узнать, получил ли он документы, потом Каменской. Ничего неожиданного не произошло, Серега просил передать, что документы все получил, спасибо, а Каменская сказала, что первоначальный этап проверки пока подтверждает слова Платонова, но проверка еще не окончена, и, если Кире интересно, каков будет результат, пусть звонит завтра в любое время.

Кира казалась озабоченной, словно какая-то мысль не давала ей покоя.

— Тебя что-то тревожит? — осторожно поинтересовался Платонов.

— Да, — призналась она. — Что-то сегодня произошло, я сама не могу понять, что именно, но меня это беспокоит. Какое-то чувство неловкости, но не могу сообразить, откуда оно.

— Может, тебе показалось, что за тобой кто-то следит? — предположил Дмитрий, моля бога, чтобы это не оказалось правдой.

— Может, — согласилась она. — Я же говорю, я не могу понять, что меня беспокоит, но что-то определенно не так.

— Это с непривычки, — успокоил ее Платонов. — Когда я только начинал работать в милиции, мне первое время тоже казалось, что что-то не так, что я где-то ошибся, чего-то недопонял или не так сделал. Нормальная реакция на новый вид деятельности.

— Не обманываешь?

— Честное слово. Так что не переживай и не нервничай.

Кира заметно успокоилась. Сейчас она сидела на кухне и, высыпав на стол килограммовый пакет гречневой крупы, методично извлекала из нее разные соринки и черные зернышки.

Дмитрий в комнате смотрел телевизор, развалясь в удобном низком мягком кресле. Когда на экране замелькали титры знаменитой кинокомедии, завоевавшей несколько «Оскаров», Платонов крикнул:

— Кира! Бросай гречку, хороший фильм начинается!

Прошло минут десять, но она так и не пришла.

— Кира! Ты меня слышишь? — снова крикнул Платонов.

— Слышу, — откликнулась она.

— Ты чего не идешь фильм смотреть? Не хочешь?

— Приду, не беспокойся.