В оранжевом пламени Вивьен чудились образы близких людей: сначала мерещился ужасно расстроенный чем-то отец, яростно спорящий с кем-то невидимым, затем показалась мисс Шпилт – та стояла на коленях в часовне и истово молилась о чем-то. Хотя верующей Вивьен ее никогда не считала… Следом появилось лицо Эдварда – непривычно холодное и решительное. Однако стоило Вивьен испугаться, как огонек дрогнул и дал посмотреть на хмурого, жующего сэндвич полисмага.
Ему девушка улыбнулась. Затем ее веки потяжелели и опустились, накрывая тьмой, словно теплым одеялом в холодную ночь.
Снов Вивьен не видела, а может, просто не запомнила их при пробуждении? Открыв глаза, она ощутила смутное чувство тревоги и коснулась горячего медальона, так и висевшего на шее. Некое видение ускользало из ее сознания, заставляя нервничать. Она упускала что-то важное, но, увы, изменить этого не могла.
Выглянув в окно, Вив убедилась, что план мистера Брукса «встать пораньше» провалился. На улице светило яркое солнце, и время, судя по всему, клонилось к обеденному.
Бегло осмотрев спальню при дневном свете, Вивьен отметила слишком большой размер кровати Эдварда и качество мебели: вся она выглядела дорого и вычурно. Кроме того, у изголовья кровати зачем-то были привязаны плотные черные ленты. «Возможно, это писк моды? – подумала девушка, пожимая плечами. А ведь бывший жених всегда говорил, что в этом домике отдыхает душой.
Краем глаза Вивьен заметила зажженную ею накануне свечку. Кто-то явно погасил ее гораздо раньше, чем та превратилась в огарок. И этим кем-то мог быть лишь мистер Брукс. Он приходил к ней, когда она уснула!
От последней мысли Вивьен почувствовала, как краснеет. Ведь он мог рассматривать ее! Девушка тут же подбежала к большому полно ростовому зеркалу и тщательно себя осмотрела.
Сорочка, сшитая из белого сатина, скрывала все прелести от подбородка до щиколоток.
– Остается только гадать, как именно я лежала, когда он вошел, – покрутившись перед зеркалом и вставая то прямо, то боком, недовольно заключила девушка. – Еще и волосы в беспорядке…
Она грустно вздохнула.
Определенно, ничего хорошего мистер Брукс в ней рассмотреть не мог. Неудивительно, что он смеется над ней едва ли ни каждую встречу.