— Откуда ты машину взяла? — недовольно спросил Ник. — Каршеринг?"
"— Типа того, ага, — пробормотала я, вдруг осознав масштабы своей шалости. — Ты… побудь тут… я сейчас все сделаю и вернусь…
Но Ник уже подбирал ключи и снимал с вешалки свою куртку.
— Идем, — нетвёрдым голосом скомандовал он. — Понятия не имею, как ты водишь, но вряд ли хорошо. Еще стукнешь кого-нибудь, а мне потом разбираться.
Ой блин…
— Я сама! — заупрямилась я. — Ты все равно пьяный.
— И что? Идем, я сказал.
Ник открыл дверь и невежливо подпихнул меня вперед под задницу.
Я прерывисто вздохнула, чувствуя, что иду навстречу своей смерти. Ну что ж, помирать так с музыкой!
— Пойдем, — ухмыльнулась я, хотя внутри меня натурально трясло. — Посмотришь, на чем я сюда приехала.
— Наверняка на дерьме каком-нибудь, — отмахнулся Ник. — Нормальных машин в прокате не дают.
— Смотря в каком, — загадочно сказала я.
Мы вышли на парковку (Ник дважды врезался в углы, а один раз почти упал, споткнувшись об ковер), я быстро отерла влажные от пота ладошки об джинсы и сунула руку в карман, нащупав там автомобильный брелок.
— Ну, и где? — протянул Ник, щурясь в темноту.
— Вот. — Я нажала на кнопку.
Вспыхнувшие фары высветили плавные изгибы ярко-синего Макларена, стоявшего от нас в нескольких метрах, и тут я впервые увидела, как человек может протрезветь буквально за секунду.
С Ника моментально слетела пьяная развязность, его лицо сначала стало белым как мел, а потом на острых скулах вспыхнули два красных пятна.
— Тебе пиздец, — тихо выдохнул он.
От этого тихого, полного злости голоса мне стало еще страшнее, чем если бы он на меня кричал. И я не нашла ничего лучше, чем взвизгнуть и метнуться к машине.
Ник тут же рванул за мной. И наверняка догнал бы меня, если бы не запнулся об ступеньки.
— Стоять! — заорал он. — Блядь, только попробуй, слышишь! Мелкая, стой, хуже будет!
Но я уже завела мотор и на полной скорости выехала с парковки, чудом не задев припаркованную рядом черную бэху.
Домой. Срочно домой.
Нет, я понимала, что Ник тоже рано или поздно там появится, но сейчас даже полчаса отсрочки от неминуемой казни казались подарком судьбы. Может, Ник успокоится, когда доберется до дома.