Переглянулись. Нахмурились.
– Темные искры, говоришь? Похожи на живых пауков?
Хобб на секунду задумался, вытащил из стопки книг, лежащих неподалеку, старинный фолиант в потемневшем кожаном переплете и, перелистнув пару страниц, положил передо мною.
– Такой?
Бесформенная маслянисто-черная клякса, изображенная на рисунке, казалась живой. Еще миг – и умчится прочь, перебирая тонкими кривыми лапками.
– Да.
– Тхот побери!
Выругались мэтр с наследником практически одновременно.
– Я же говорил.
– Ни одной, только делал вид. В детстве она могла меня контролировать, сейчас уже нет. После возвращения из Школы я не выпил ничего из того, что регулярно присылает «заботливая матушка», – голос Фарна на последних словах плеснул ядовитой насмешкой.
– Хорошо, – учитель уже полностью овладел собою, снова став прежним, каким я его всегда знала.
– Выясним, – Кайден сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели.
– Выясним, – согласился Хобб. – Я проведу дополнительный анализ. У меня есть кое-какие наработки, новые реактивы, на основе растений, принесенных из Леса. Должно получиться. Нари, поможешь?
– Конечно, – я еще раз покосилась на склянку с жидкостью, на первый взгляд такой безобидной.
– Объяснит, – скупо улыбнулся Фарн. – Я же обещал, что мы все обсудим.
И взгляд при этом такой пристальный, настойчиво-упрямый. Чувствую, меня будут пытать долго и упорно. Но поговорить нам, действительно, надо. Слишком много тайн вокруг накопилось, неясностей и недомолвок – мешают делу.
– Но сейчас…
В воздухе с легким хлопком материализовался вестник, развернулся перед наследником стремительно выцветающими серебристыми строчками.
Тот прочитал, поморщился.
– Боюсь, сейчас мне придется уйти во дворец. Эннари, проводишь?
В полном молчании мы дошли до моей комнаты, переступили порог и… Дверь за спиной тут же захлопнулась, оставляя нас с Кайденом наедине.
– Через несколько часов я вернусь в Твердыню, уже официально. Проверить, как идет расследование, и уладить остальные вопросы.