Девушки беззаботно щебетали вполголоса, полуобернувшись друг к другу. На столиках – вазы с фруктами и пирожными, в тонких пальцах – крохотные перламутровые чашечки с чем-то ароматным и горячим, на точеных шеях и в ушах – дорогие украшения, дополняющие безупречные наряды и прически, на губах – одинаковые, словно приклеенные улыбки. А воздух наполнен запахом цветов, расставленных в многочисленных вазах, и едким привкусом взаимной неприязни.
Уютная такая атмосфера серпентария на выезде, где каждый учтив и любезен, но в любую минуту готов напасть и заплевать соседа ядом.
Как только мы вошли, мелодичное журчание беседы тут же прекратилось, и присутствующие дружно, как по команде, уставились на нас. Будто мгновенно передумали кусать друг друга и переключились на более «вкусный» объект.
Любопытство, надменная снисходительность, злорадное предвкушение…
Под цепкими, изучающими взглядами Кетра вдруг сникла, точно уменьшилась в росте. Не знаю, случайной была встреча или нет, может, кузина специально привела меня на расправу, но сейчас она явно потеряла уверенность – присмирела, отступила, попытавшись спрятаться за меня.
"Смущаться я не собиралась. Паниковать тоже. Но и хамить, лезть на рожон не стоило. Я Эннари Янт, дочь бывшего главы одного из великих кланов, лишенка, утратившаяся положение, титул и… все еще невеста наследника. Пусть и формально. Вот такое своеобразное у меня положение. Двойственное. Даже тройственное. Из этого и будем исходить.
– Ясного дня, леди! – поздоровалась бодро и предельно вежливо.
Улыбку мою, они, разумеется, видеть не могли, но, надеюсь, интонацию уловили.
Пауза, долгая, почти враждебная, а затем…
– Нари… Какая встреча, – первой отреагировала красотка Бэль. Кто б сомневался. – Не ожидала тебя здесь увидеть…
Мягкий, дружеский тон, обворожительная улыбка, но намек в ее голосе был совершенно прозрачен, как, собственно, и капелька яда, повисшая в конце фразы.
И словно команда «фас» прозвучала. Со всех сторон немедленно посыпались вопросы – на первый взгляд совершенно невинные, но полные скрытой издевки и желания уколоть побольнее.
– Эннари, надо же… Рассказывали, что ты неизлечимо больна. Прикована к постели.
– Всякое бывало.
– Практически, за Грань ушла.
– Слухи о моей смерти сильно преувеличены, леди.
– Память потеряла. Ничего не помнишь.
– Увы, это так. Но целители в наше время творят чудеса. Надеюсь на лучшее.
– Живешь на пособие, как бедная родственница.