– Но, эйрэ… – первым вышел из стопора Видан. – Я не виноват. Не виноват… Я ничего не…"
"– Вы не обеспечили должное содержание дочери Зеона Янта, отданной на ваше попечение. Хотя обязаны это делать. Не поддерживали магией родовое поместье. Хотя тоже обязаны это делать. Посылали недостоверные отчеты. Допустили нападение на члена клана в доме, который защищен силой Фениксов. Вашей силой, Янт.
По мере того, как Фарн перечислял – холодно, отстраненно, – опекун сникал все больше и больше, но, когда речь зашла о ночном происшествии, вдруг вскинулся.
– Это не я, не я… Поверьте.
И я почему-то поверила. Ему, и правда, невыгодна эта история с Озасом, особенно сейчас, в присутствии наследника. Он мог бы и в столичной резиденции мне напакостить. С меньшим риском. Дядюшка, конечно, тот еще мерзавец, но не совсем же дурак. Его или вынудили, или подставили. Только вот кто и зачем? Кому нужно непременно задержать меня в Блодже, рассорить с Кайденом, пошатнуть его репутацию?
Фарн, похоже, задавался теми же вопросами.
– Дорогой племянник… – мягко вмешался Никс, будто уговаривал неразумного ребенка. Глаза наследника предупреждающе сузились, и Химер, откашлявшись, исправился: – Гхм… Эйрэ, зачем же сразу так кардинально? Не спорю, расследовать нужно. Лорд Янт совершил много… э-э-э… ошибок, но и заслуг у него немало. Стоит все взвесить, вникнуть, изучить.
– Прекрасно представляю.
Еще бы. Даже я это понимала. Вот так, демонстративно, забрать незамужнюю девушку из родового дома – значит обвинить в неспособности ее защитить не только главу, но и старейшин. Это удар по их репутации. Совет клана никогда Видану такой «подлянки» не простит, он мгновенно лишится их поддержки.
Опекун это тоже осознал. Побледнел еще больше, практически до синевы. Кинул на меня тоскливо-злобный взгляд, точно я была змеей, готовой вот-вот укусить. Просипел:
– Эйрэ, я… Клянусь, сделаю все. Если вы позволите Эннари жить в Твердыне… С ее головы волос не упадет. Обещаю. И недоверие…
– Не отзову, – Фарн вскинул ладонь, останавливая Янта. – Что касается остального… Если Эннари пожелает все же жить в клановой резиденции, противиться не буду.