– Не, редко. Может, по вечерам хлопнет стопочку перед телевизором…
Ее правая рука взлетела вверх, наклонила невидимую бутылку. Ровно через десять секунд, необходимых, чтобы наполнилась стопка, бутылка вернулась в вертикальное положение. Ксения поднесла к губам пальцы, обхватывавшие несуществующее стекло, запрокинула голову, облизнулась и испустила удовлетворенный вздох.
«Ну, блеск. Тамара Пахомова, похоже, еще и пьянчужка». Маша прекрасно понимала, что эта короткая, но выразительная пантомима возникла не на пустом месте.
– Но вообще-то я не в курсе, врать не стану, – спохватилась Ксения. – Я не то чтоб с Мариной каждый день общалась. Может, она вообще была запойная! Знаете, как бывает: человек такой алкаш, что ему нужно постоянно выпивать, чтобы никто не заметил, что он алкаш.
«Я-то знаю, – мысленно ответила Маша. – А вот откуда десятилетний ребенок это знает – это хороший вопрос. То есть как раз плохой. Плохими мы назначаем те вопросы, ответы на которые нам не нравятся».
Ксения выбросила травинку, встала и потянулась.
Маша попыталась примерить на себя жизнь этого ребенка. Крошечная община. Ни одного ровесника. Да что там – ни одного человека младше тридцати! Интернет? Книги? Если только Колыванов привозит их из библиотеки в Анкудиновке. Вся жизнь проходит среди взрослых людей, взрослых разговоров, сплетен и проблем.
– Слушай, а тебя огорчало, что Марина с тобой не общается? – спросила она.
Когда вокруг меньше десятка взрослых, каждый из них становится значимым.
Ксения неожиданно рассмеялась:
– Ну, поначалу, ага. Не из-за дружбы… Не дружит – не больно-то и хотелось! Но она на меня так смотрела… как будто я больная на всю голову. Это из-за того, что мне здесь нравится, а ей не нравилось. А я бы здесь все жила, и жила, и жила, и жила… Только на Новый год домой возвращалась бы!
– Почему на Новый год? – не поняла Маша.
Девочка смущенно улыбнулась.
– На елке дают сладкий подарок. Коробка очень красивая, а в ней сюрприз. Конфеты – фигня, мне их бабушка может хоть целую гору насыпать. Только это не то. Я не из-за конфет.
– Ксень, неужели ты так любишь Таволгу, что готова прожить здесь еще много лет? – серьезно спросила Маша. – Ты не ходишь в школу. Ладно, согласна считать это не минусом, а плюсом. Но у тебя нет друзей.