4
– Ты, я смотрю, все на закате являешься, – шутливо сказала Беломестова, снова выйдя ей навстречу прежде, чем Маша успела дойти до калитки."
"– Здравствуйте, Полина Ильинична. Как вы узнали, что я к вам иду?
– Я по вечерам люблю разложить пасьянс. Возле окна светло. Когда кто-то появляется на дороге, сразу видно. Пойдем, зябко на улице стоять.
Машу, к ее удивлению, провели в дом. Правда, Беломестова усадила ее на застекленной веранде, а не в теплых комнатах, но, по сравнению с первым визитом, это был прогресс.
– Чаю?
– Спасибо, Полина Ильинична, с удовольствием.
Хозяйка направилась к кухне, но остановилась на пороге.
– Может, ты поужинать хочешь? Я-то сама по вечерам не ем, а ты молодая, сильная – должно быть, постоянно голодная ходишь?
– Нет-нет, спасибо!
– Ну, смотри. Проголодаешься – скажи, не стесняйся. Я тебе супчику согрею или картошки отварю. Мы тут привыкли без церемоний. Постороннему человеку, может быть, кажется, что это… – она замялась… – бескультурно…
– Что вы, вовсе не кажется, – заверила Маша.
– А, это «фантики», – обрадовалась Беломестова. – Чудесное, я говорила.
Она вернулась с чайником и печеньем, накрыла на стол. Перемещалась Беломестова легко, практически беззвучно, и даже чашки с блюдцами не звякали, когда она ставила их перед Машей. В глубине дома работал телевизор. Когда Беломестова приоткрывала дверь, до Маши доносились голоса сериальных актеров, деревянные и плоские, точно дешевые отрывные спички.
Низкий потолок. Тени по углам. За окном – темнеющий сад. Дом Беломестовой стоял выше, чем Татьянин, и туман еще не дополз сюда. Может, и не доползет, подумала Маша. Она почувствовала, что успокаивается – по-настоящему успокаивается, впервые за весь день. Паук карабкался по невидимой ниточке вдоль оконной рамы, строча длинными ногами.
– Опять про Марину будешь расспрашивать? – спросила Беломестова, разлив чай.
Маша покачала головой.
– Полина Ильинична, вы не замечали серьезных странностей за Тамарой Пахомовой?
Она сделала ударение на слове «серьезных».
– Да я вовсе никаких не замечала, – не задумываясь, ответила Беломестова. – Пока ты не пришла и не рассказала про Якимову. Память, видать, подводит ее, раз и фамилию перепутала, и возраст.