Марина их предупредила, что придут разбираться. Они местных ментов прикормили. А когда Климушкин стал орать у них под окнами, чтобы Корнилов вышел драться, приехали менты и скрутили его. И не лень им было тащиться сюда! Я в доме напротив на чердаке сидела и видела, как они потом все вместе самогонку пили. Вечером пьяные за руль сели и поехали. И ничего! А Валентин Борисович говорит, за рулем пить нельзя.
– Это он очень правильно говорит.
Характер Марининых гостей обрисовывался очень выразительно. Если битое стекло и даже хамство по отношению к Прохоровой Маша могла списать на пьяную дурь, то происшествие с ульями в рамки дури не вписывалось.
– Они нас за людей не считают, – спокойно сказала Ксения. – Так Полина Ильинична говорит. А бабушка говорит: это зло сюда пришло. Марина ему двери открыла.
– Но ведь Марина их потом сама выгнала? – спросила Маша.
Ксения помолчала.
– Можно и так сказать, – не совсем уверенно согласилась она. – Теть Маш, а давайте ловить плавунцов!
Девочка вскочила и помчалась по берегу вниз, точно козленок, высоко подкидывая ноги.
Маша смотрела ей вслед, размышляя, что кроется за этой неожиданной идеей: утрата интереса к разговору или наивная попытка переключить ее внимание.
– Ксеня, пойдем! – позвала она. – Цыгана пора кормить и колоть!
Обратно шли быстро. Маше показалось, что за деревьями промелькнул силуэт, и она остановилась.
– Вы чего, теть Маш?
– Кажется, в лесу какой-то человек.
– Нет здесь никаких людей. Только мы! Бу!
Девочка подкралась и схватила ее за руку.
– Ну-у, вы не испугались! – разочарованно протянула та.
– Ксень, а Ксень, – задумчиво сказала Маша, не двигаясь с места и не сводя взгляда с нескольких березок, тесно стоявших в глубине среди осин. – Видишь березы?
– Ага.
– А за ними фигуру – видишь?
Вместо того чтобы вглядеться, Ксения тотчас сорвалась с места и рванула в лес. Маша от растерянности только успела окликнуть ее, а девочка уже обогнула березы и мчалась обратно.
– Никого! – доложила она, запыхавшись. – Нате листик!
И в самом деле протянула Маше желтый березовый листок. Ни дать ни взять щенок, притащивший апорт и в восторге виляющий хвостом.
– Слушай, а если бы там кто-то был? – очень серьезно спросила Маша. – Ты, пожалуйста, не выкидывай больше таких фокусов.
– Да кто там может быть! Никто по лесам не шляется, все заняты делом. Только мы с вами, так сказать, тунеядцы.