И вряд ли ей пришла в голову мысль делать селфи в шесть утра… Кстати, этот момент вы не продумали. Полина Ильинична сказала, что многие видели, как Марина отправилась за грибами. Однако настоящие грибники выходят очень рано, раньше, чем вы все просыпаетесь. В Таволге ведь нет коров, которых нужно выгонять до рассвета. В полиции на это не обратили внимания, судя по тому, что мой вопрос застал Полину Ильиничну врасплох. Она рассердилась и осадила меня.
Колыванов молчал.
– Где Марина, Валентин Борисович?
Старик посмотрел ей в глаза.
– Не знаю. Никто не знает. Кроме Поли.
– Что с ней случилось?
Колыванов криво усмехнулся.
– Я ее убил.
Глава 9. Макар Илюшин и Сергей Бабкин
1
Оксана не позвонила, а прислала сестре аудиосообщение. Сергей с Илюшиным в пятый раз слушали ленивый, тягучий с хрипотцой голос, повторяющий:
– Не беспокойся, все в порядке, я тут задержусь. Когда вернусь, не могу пока сказать! Чмоки-чмоки, Ленку целуй в коленку!
– Это точно голос Оксаны?
– Да что я, родную сестру не узнаю? – засмеялась Жанна.
Жанна держала телефон в лодочкой составленных ладонях, точно птичку, готовую взлететь.
– Перешлите мне запись, пожалуйста, – попросил Илюшин. – И еще – у вас ведь остались другие ее сообщения? Я все-таки хочу убедиться, что это именно Оксана.
Прибежал Юрий, за ним торопился Медников.
– Ха-ха, я же говорил! – торжествующе объявил Лев Леонидович.
Жанна одернула его, показав одними глазами на Баренцева.
– Юрик обо всем знает, – отмахнулся Медников. – Хватит уже голову друг другу морочить. Ну, загуляла баба, имеет право, в конце концов!..
– Имеет право? – повторил Юрий, и Бабкин понял, что он сейчас бросится на Медникова – просто потому, что более подходящего объекта рядом нет. – Мы здесь с ума сходим! Восьмой день! Частных детективов! Ребенок не спит нормально! – С каждым выплеснутым словом он надвигался на Льва Леонидовича, а тот отступал назад.
Сергей встал между ними.
– Тише, тише. – Он примирительно поднял руки. – Юрий, брат вашей жены точно не виноват в ее… отъезде.
Баренцев сник. Хотел что-то сказать, с силой прикусил губу – и вышел.
Макар заметил за окном красноватое лицо Лады Толобаевой, на котором медленно проявлялась недоверчивая радость.