Вызывайте по заявлению оперов, пусть обыщут, – распахиваю я пиджак. – Снимут следы пороха с пальцев. Я просто сам десять лет в прокуратуре отслужил и процедуры знаю.
– Михаил… – морщится участковый, понимая, что не вывезет. – Не моя юрисдикция. Никаких правовых нарушений нет. Вызывай главного по дому, пусть свидетельствуют о нарушении правил проживания в долевом и подавай в суд.
– Всего хорошего, сержант Крольков, – протягиваю я руку. – Передам Вашему начальству, что Вы весьма компетентны в спорных жилищных вопросах.
Участковый ретируется за дверь, оставляя нас с Приходько одних.
Не считая моих ребят, которые несут мимо него чугунную ванну.
– С дороги!
Добродушно улыбаюсь.
* * *
Что-то мы давно не общались, Господин Приходько. Целых три дня. Я соскучился!
Вытягиваю стопку документов, тасую несколько.
Нахожу нужный документ, делаю фотографию, отсылаю через мессенджер. Даю на осмысление минут пять. Тянусь к телефону. Но он уже звонит первый.
– Это чо такое ты мне прислал, сосед?! Что-то я не понял…
– Ну как же? Там же все написано.
– Ты на МЕНЯ за это в суд подаешь?!
– Конечно. А на кого? Вы были владельцем на момент разгрома квартиры?
– Что-то я ничего не понимаю.
То ли еще будет! – ухмыляюсь я.
– Владельца у квартиры было два. Вы и госпожа Городецкая. Так?
– Ну.
– Вчера госпожа Городецкая продала мне свою долю и уехала на постоянное место жительства в Эмираты, сменив гражданство.
– Да что ты меня лечишь про свои Эмираты! Это же ты разнес квартиру!
– Нет. Квартиру разнесла строительная фирма по договору с госпожой Городецкой и с Вами. А я всего лишь был подрядчиком. Исполнителем. Фирма со вчерашнего числа уже не существует.
"– Какая, бл*ть, копия?! Я же не заключал никаких договоров!
– А что Вы хотите сказать – госпожа Городецкая за свой счет ремонтировала общие территории? Вы хоть представляете себе стоимость этого демонтажа и предстоящих ремонтных работ? Порядка двух миллионов.