Анестезиолог отгонял Миллера от стола, недоверчиво покачивая головой, вводил свои препараты, а Таня начинала излишне тщательно протирать инструменты и пересчитывать салфетки, лишь бы только не смотреть на пациента.
— Может, это… трансплантологов вызвать? — предложил ассистент. — Ясно же, что тут ловить нечего уже. А так и людям польза, и семье деньги.
— Я тебе вызову! — заорал Миллер, понимая, что ассистент абсолютно прав.
Один раз ему пришлось стать свидетелем выемки органов, так он потом неделю пил и не ходил на работу.
«Господи, пусть он останется жив! Пожалуйста, ибо я не смогу говорить с его женой! Пусть она не станет вдовой сегодня, умоляю тебя!»
Дмитрий Дмитриевич перевел взгляд с потолка на монитор. Ого, давление семьдесят!
Анестезиолог на всякий случай перепроверил давление вручную и сказал:
— Можно работать.
Миллер действовал осторожно, как сапер при разминировании снаряда неизвестной конструкции. С одной стороны, следовало торопиться, а с другой — каждое неосторожное движение могло привести к гипотонии, из которой пациент уже не выйдет.
"— Вы поаккуратнее там, — шепнул анестезиолог, — он, может быть, выскочит. Так что давайте не по принципу «лишь бы на столе не помер».
— Без тебя знаю.
Профессор нейрохирургии Дмитрий Дмитриевич Миллер понимал: то, что парень дожил до конца операции и поехал в отделение интенсивной терапии с приличными показателями гемодинамики, объяснить можно было только чудом.
— Когда-нибудь мы вспомним это, и не поверится самим, — пропел анестезиолог, когда они совместными усилиями переложили больного на каталку.
«Да, хорошая хирургическая бригада, — думал Миллер. — Да, опытный и внимательный анестезиолог. Но и гематома была такая, что парень почти неминуемо должен был погибнуть на этапе трепанации черепа.
Миллер вдруг вспомнил, как его бабушка часто повторяла: «Муж женой спасается», — и разозлился.
Вернувшись к себе, он понял, что страшно устал. Подумаешь, одна операция, причем не самая сложная технически, но почему-то он чувствовал себя так, будто неделю разгружал вагоны с углем.
В дверь осторожно постучали.