– Так-то лучше! – огрызается Тимофей.
Поглаживаю место удара, и чувствую, как слезы тяжелым грузом наливаются в глазах.
– Что же он, сука, в тебе нашел? – задумчиво произносит мужчина и надвигается на меня, а я пячусь, пока не упираюсь спиной в стену.
Хочу двинуться в сторону, но не успеваю, потому что он хватает меня быстрее, точно опытный хищник неловкого зверька. За горло прижимает к стене, и надавливает на шею, вынуждая приподнять голову. Тихонько всхлипываю, но дергаться пока боюсь.
Мужчина приближается ко мне слишком близко, наклоняется и носом втягивает воздух, поднимаясь выше, к моей щеке и уху. Его свободная ладонь скользит по шее вниз, сильно надавливая. Она проходит по ключицам, а потом сжимает мою грудь.
– Сейчас посмотрим, что в тебе такого… – говорит он рядом с ухом. – Может быть тогда я пойму…
Начинаю вырываться. Дергаюсь в его руках и пытаюсь оттолкнуть, упираясь ладонями и пинаясь ногами.
– Быстро успокойся! – Тимофей снова бьет меня по щеке, сильнее нажимая на горло.
Но не собираюсь сдаваться. Мне надо выбраться! Я обязана выбраться!
К сожалению, все мои попытки не приносят никакого результата, лишь только больше злят лучшего друга Руслана. Тогда он переворачивает меня лицом к стене и заламывает руки за спину.
– Не дергайся, сказал! Я просто хочу знать в чем причина!
Тимофей коленом разводит мои ноги, одной рукой плотно прижимая к стене. Я ничего не могу с этим поделать, потому что слишком слаба в сравнении с ним.
Его свободная рука задирает платье, затем находит мою промежность и отодвигает в сторону трусики. Меня охватывает паника, но все, что я могу – лишь причитать себе под нос бессмысленные мольбы. Неужели изнасилует?
– Гладкая киска, – комментирует он. – Нежная… Но не более. Сойдет трахнуть разок.
И в этот момент я готовлюсь к самому худшему.
Вопреки клокочущему в груди страху, Тимофей отпускает меня.
– Значит так, Саша… – начинает мужчина. – Я не знаю зачем ты сюда приехала, и что тебе нужно, но с этого дня ты, мелкая дрянь, в сторону Руслана даже не смеешь дышать.
– Я ничего не делала, – зачем-то оправдываюсь я.