Мои руки оказываются привязанными к кольцу, вбитому в деревянный сруб. Его я тоже помню. Оно всегда было здесь. Мы предполагали, что к нему прилаживали цепь для собаки, потому что будки или чего-то похожего рядом со сторожкой не было.
Дергаю руками со всей силы, что еще осталась во мне. Надеюсь на то, что трухлявое от времени дерево поможет мне вырвать кольцо. Но ничего не выходит. То ли дерево не так уж сильно прогнило, то ли я слишком слаба даже для этого.
Мне нужно выбраться! Продолжаю жалкие попытки освободиться ровно до тех пор, пока меня не покидают последние силы, и я безвольно не опускаю голову, предаваясь рыданиям.
Шум в голове нарастает. Он становится просто невыносимым, разрывающим изнутри.
Слезы перерастают в жуткую головную боль, провоцирующую тошноту. Она подкатывает мгновенно и меня рвет в жестяное ведро, очень удачно оказавшееся рядом.
Становится совсем гадко. Хуже просто не бывает. И почему люди такие жестокие? За что они так со мной? Почему я? Почему?
Ответа на этот вопрос мне никто не дает, зато входная дверь тихонько поскрипывая, отворяется, впуская в дом лучи яркого света, который на несколько секунд даже слепит мои заплаканные, привыкшие ко мраку глаза.
В дверях появляется темная мужская фигура. Из-за бьющего сзади света я толком не вижу ни его лица, ни одежды, зато очертания фигуры не дают мне засомневаться в том, что я знаю этого мужчину.
Руслан
Обиженная Варя улетает домой ближайшим рейсом. Тима остается в отеле, хотя в его присутствии нет никакой необходимости: Саша отсутствует уже два дня, и она вряд ли вернется.
По большому счету, на украденное бабло мне плевать, а вот на то, что дрянь снова обокрала меня – нет. Я сам позволил Саше сделать это. Повелся на то, что им просто нужна работа. Интересно, может, и аварии никакой не было? Судимости не было? Просто заплатили ради липовых документов?"
"Антон тоже исчез. Взял отпуск за свой счет, а оборот подобных бумаг в отеле контролируется управляющей, мне эдакой ерундой заниматься некогда.
Потягиваю виски и больше ни о чем не хочу думать. Даже о гребаной свадьбе.
Да, наверное, стоит извиниться перед невестой, она же точно не виновата в моих бедах, в дебильной похоти, что весь разум в член переселила, но я не хочу. Пусть дуется. Надоело бесконечно строить из себя идеального мужчину.
Я, сука, не идеален! Хотя всегда старался.