И расклад неплохой, нас девять человек, наблюдатели подъедут к объекту, бандитов: Атабековы – двое, Боровской – третий, в проходной еще трое и в доме на разных этажах четверо, всего получается – десять рыл. Причем они рассредоточены в разных местах, двое на открытой местности и будут там на момент штурма. А сторожка – это засада для обороняющихся. В доме же сверху буду работать я. К тому же группа может смело применить по двум этажам особняка гранатометы «Муха». Более чем нормальный расклад, не находишь?
– Ты не назвал горничную.
– Не думаю, что она окажет сопротивление. А если и попытается, то ее убрать гораздо легче, чем боевиков Атабекова. Если кто и станет драться до последнего, так это Меред с Русланом. Но Горшков все продумает, он мастер в таких делах.
– Вы работали вместе?
– Да.
– Он говорил, что теперь ты в группе.
– Об этом позже. Ты все понял, старлей?
– Так точно, товарищ капитан, – улыбнулся Давыдов.
– Ну, и молодец. Ждем команды.
– Интересно, долго?
– В любом случае штурм должен состояться до девятнадцати ноль-ноль.
– Мне показалось, что ты неровно дышишь к девушке, закрытой на третьем этаже особняка, или так оно и есть?
– Так и есть. Вопрос, что она чувствует?
– Ну, в спасателей нередко влюбляются.
– Кто, Олег, знает, что будет, когда она окажется на свободе. Но это личное, а все личное в сторону.
– Конечно, капитан.
Горшков вышел на связь в 17.10:
– Паша, все наши возле усадьбы, рассредоточились для штурма, начинай выдвижение к дому.
– Есть, командир."
"Павел взял автомат, вставил пистолет за брючный ремень сзади, спереди закрепил запасной магазин и одну гранату «РГД-5».
– За мной, Док! – кивнул он Давыдову и, выйдя из помещения, бросился в кусты. Давыдов последовал за ним.
До фланговой площадки они прошли без проблем. Там, где заканчивалась полоса декоративного кустарника, Кулагин сказал Давыдову:
– Останешься здесь. Отсюда хорошо виден дом, а главное, подходы от центральной аллеи и от тыла усадьбы.
– Я все понял, капитан, удачи тебе.
– Да, сегодня она не помешала бы. – Павел забросил автомат за спину, подтянул ремень, попрыгал на корточках и проговорил: – Все нормально, пошел.
Он перебежал к стене и начал подъем. На этот раз все прошло гладко.