– Ничего не понимаю, ты можешь изъясняться по-русски, майор?
– Подполковник. Правда, всего два дня.
– Поздравляю. Так что у тебя за дело?
– Оно касается усадьбы, в которую ты так удачно устроился на работу.
– Усадьбы? Ты имеешь в виду Старикова? – не мог скрыть удивления Кулагин.
– А разве ты не у него работаешь?
– Тоже два дня.
– Это нам известно.
– И откуда, если не секрет?
– Не секрет… мы…
В это время в прихожей раздался звонок. Горшков вопросительно взглянул на Кулагина:
– Ты ждал кого-нибудь?
– Черт! Это тип один, привез деньги за гараж.
– А я подумал – женщина, – улыбнулся подполковник.
– Знаешь, командир, я тоже предпочел бы женщину. Открою?
– Подожди. Твой гость не должен меня видеть.
– Тогда ступай в спальню. Да туфли свои из прихожей забери.
Горшков, забрав вещи, что оставил в прихожей, прошел в спальню. А Кулагин открыл дверь:
– Ну, чего раззвонился, Корень? Я не глухой.
– А чего не открывал? Не один, что ли?
– В сортире был.
– А! Ну, куда пройдем?
– На кухню.
У Коренева был с собой кейс.
– Вот, Паша, акт купли-продажи, вот доверенность на меня, вот ксерокопия твоего паспорта, вот договор. Подписывай.
– Сначала деньги, Вася. Стулья, как говорится, потом.
Коренев выложил шесть пачек по сто тысяч:
– Пересчитай и дай расписку в получении всей указанной в акте и договоре суммы.
– Да обойдемся, фальшь ты не сунешь, тянуть по мелочи не будешь.
– Ну, тогда подписывай бумаги и напиши расписку.
– Ты спешишь?
– Да.
– А чего нет настроения? Проблемы?
– Еще какие, – вздохнул Коренев. – Какая-то сука настучала жене о любовнице, ну, та и застала нас вместе.
– Да, это серьезная проблема. И чего вас на любовниц тянет? Что теперь?
– А черт ее знает! Ну, любовница, понятное дело, отвалила, а жена грозится развестись.
– Поверь, одному тоже можно жить.
– А имущество? Оно все оформлено на нее. Мне что, после развода в общагу какую-нибудь с голой задницей переезжать?
– Это, Вася, плата за любовь.
– Да какая, к черту, любовь? Так, расслабуха.
– Не вешай нос раньше времени. Глядишь, все и обойдется.
– А! – Коренев махнул рукой. – Что будет, то будет. Следом за тобой пойду к Старикову наниматься.
– Все обойдется, Корень, женщины, они отходчивы. Ты к ней с повинной да с цветами и заверениями в любви. Мол, бес попутал, по пьянке шмара зацепила, ну, и так далее.
– Я и веду себя так, но, по-моему бесполезно. Ты не отвлекайся, подписывай.