– Конечно, а ты уверена, что это вода без примеси какой-нибудь дряни?
– Другой все равно нет, – пожала она плечами.
– А в душевой?
– Это техническая вода.
– Ты хочешь пить?
– Да, во рту все пересохло.
– Ну, тогда лучше техническую воду. Ничего страшного. Водопровод, которым пользуются все, гарантированно не отравит.
– Хорошо, – улыбнулась Лена.
Кулагин набрал воды из крана душевой, она жадно выпила, поморщилась немного, отчего стала еще беззащитнее и вызвала у боевого капитана сильное желание обнять ее, а затем вынести на руках из этой камеры.
– Началось все больше года назад, тогда, когда меня закрыли в этой комнате. До того проклятого дня я еще жила полноценной жизнью, училась в университете, у меня были друзья и подруги, мы ходили в кафе и бары, на дискотеки. Казалось, так будет всегда. Нет, конечно, я понимала, наступит время, и я выйду замуж, буду работать или заниматься семьей, у меня будут дети…
– Лена, – прервал девушку Павел, – я понимаю, ты хочешь выговориться, но у меня крайне ограничено время.
"– Я в курсе. Буду покороче. Значит, однажды, гуляя по городу, я съела слишком много мороженого в кафе и, как результат, заболела ангиной. Горло дерет, температура под сорок. Но жаловаться не привыкла, выпила аспирин, прополоскала рот, осталась дома, не поехала в университет. Странно, что на «Мазду», у меня была своя машина, стоявшую под навесом, никто даже не обратил внимания. Да на меня вообще мало обращали внимания. Что я есть, что меня нет. Особенно мачеха. Но ладно.
– И о чем же они говорили? – взглянув на часы, спросил Кулагин.
– Постараюсь дословно, тот разговор надолго остался у меня в памяти. Алла спросила: «Когда все это закончится?» Руслан ответил, посмеиваясь: «Все только начинается, дорогая».