На ухо ему присел напившийся Ваня, который на фоне собранного собеседника смотрелся просто в стельку. Миша вообще казался мне темным принцем, случайно попавшим на этот вечер. Хотя он легко поддерживал всеобщее настроение, не молчал за столом, но все равно… Был заметно сдержан, спокоен и сосредоточен.
Внезапно теплый спазм прошел в животе, и я тихо вдохнула, уводя взгляд в пространство. Так всегда происходило, когда смотрела на него. Кажется, это стало символом моих чувств еще со школы.
Внезапно карие глаза Миши перехватили внимание, которое я вернула на него, и дыхание затаилось.
Кстати, он тоже не стеснялся. Миша в принципе никогда не стеснялся. Смотрел без сомнений, без спроса пролезая в самую душу своими красивыми глазами, очаровывая меня так… что казалось, мир вокруг пропадал.
Словно в каком-то кинофильме, зажигательный мотив песни, заливающий зал, плавно сменился грустной мелодией.
Мое дыхание начало сбиваться… Болезненный ком неожиданно встал в горле, но тут над моим ухом вдруг разнеслось:
– Пойдем потанцуем?
Это сразу помогло очнуться и прервать странный контакт. Я вскинула растерянный взгляд на Вадима, который загадочно щурился, словно читал мои мысли.
– Пойдем, – вдруг бесцеремонно настоял он, накрывая мою руку. – Ты опять начинаешь грузиться.
Его заговорщический голос и участливая улыбка подтолкнули меня улыбнуться в ответ. Переключиться, откликнуться без всяких сомнений, когда он обхватил ладонь крепче и потянул, помогая мне встать с дивана.
Быть может, я испытывала долю неловкости, но Вадим увел меня в танец уверенно и легко. Хотя, вообще-то, это сложно было назвать танцем… Мы с ним в основном переговаривались и дурачились. Где-то внутри я даже поймала себя на мысли, что в будущем брат Оли мог бы стать моим близким другом.
Пока я отвлекалась на Вадима и приятные размышления, диван, где сидел Миша, опустел… Конечно, я заметила, но заставила себя не придавать этому значения. Не обращать внимания на ноющий сгусток, что уже не впервые за этот вечер собирался внутри.