Подскочил официант – парнишка с типично русской внешностью, который почему-то старался казаться похожим на кавказца при помощи усов и легкого акцента. Денисов сделал заказ, при этом Настя не поняла почти ни одного слова, кроме «горячее», «холодное» и «не острое». Когда официант умчался, Эдуард Петрович спокойно сложил на столе массивные руки и выжидающе посмотрел на нее.
– Теперь можно и о делах. Так что у вас случилось, Анастасия?
– Боюсь, Эдуард Петрович, что случилось не у меня, а у вас, хотя меня это тоже некоторым образом касается.
– Что за люди? – вскинул брови Денисов. – Вы их знаете?
– Нет.
Она умолкла и потянулась за сигаретами. Денисов терпеливо ждал, пока она прикурит и сделает несколько затяжек. Пауза затянулась, молчание сделалось тягостным.
– И каковы эти грустные мысли? – наконец спросил Денисов.
– А таковы, что ваш Тарадин каким-то образом связан с этими людьми. Вот посмотрите: поняв, что каналы информации об интересующих его людях полностью перекрыты, причем умело и оперативно, он должен был, по идее, немедленно убраться отсюда, вернуться к вам, доложить и вместе с вами подумать, что бы это означало. Он не уехал. Значит, он продолжает искать, пытается еще что-то предпринять. Тогда его непременно должны были остановить, причем самым радикальным способом.
– Я так понимаю, что ответы на эти вопросы у вас уже есть, – усмехнулся Денисов.