Сеня и Борис приезжают на пять минут раньше Влада и, запарковав Форестер на аллее, выходят груженные пакетами. Сеня и Борис — братья, знаком с ними с шестнадцати лет. Подружились мы когда Сеня пытался набить мне морду за то, что на одной из вечеринок его девушка задницей грела мне колени. В ответ я ему, разумеется, тоже втащил, после чего на подмогу брату подлетел Борис. Ему я разбил нос, он мне пару раз лихо саданул по ребрам, а после того как мы остыли, Сеня послал на хер ветреную грелку Оксану, и мы вместе поехали в травмпункт вправлять Боре нос.
Пока мы трогательно и по-мужски братаемся, во двор въезжает Порше Влада с торчащими из окон белобрысыми головами. И с каких пор женский пол стал вызывать у меня такое раздражение?
— Аня, — представляется Харибо, кокетливо покачивая бедрами, облаченные в джинсовые стринги, и головой указывает на подругу в идентичном прикиде: — А это Индира.
Судя по томным многообещающим взглядам поездка домой на Яндексе никак не входит в их планы, на что мне, собственно, плевать.
— Ань, зайка, там овощи в пакете — салатик нам организуй, — весело говорит Влад, по очереди пожимая руки братьям.
По лицам девчонок вижу — не по нраву им такой план. Они же развлекаться ехали к мажорам, если понадобится — в бане дать, а помидоры с огурцами крошить — это ниже их женского достоинства.
— Ножи и доски на кухне, — киваю в сторону дома. — Салатницы в шкафах найдете.
Девки скуксились, но поплелись.
Возвращаюсь на террасу и, плюхнувшись в кресло рядом с Сеней, делаю длинный глоток из бутылки. Солнце начинает понемногу садится, жара спадает, пиво торкает, девок не видно и мне становится хорошо.
— В барбершопной как дела идут, Борь? Москва меньше стричься не стала?
— Сплюнь, — ухмыляется тот.
Поржать над вытянувшимся лицом друга мне как следует не удается, потому что в этот момент металлическая калитка распахивается, и я от взгляда на вошедших я прикусываю горлышко бутылки. Бляядь.