«ТТ» — командирский самозарядный Тульский Токарева. Значит, с гранатами и запасными дисками туго. Тихо стало, только сиплое дыхание, в котором теснились боль вперемешку с отчаянием…
— Ты наших будешь? — выждав паузу, спросил Алексей. — Ну, не скромничай. Я знаю тебя? Сознавайся, уже можно. Третьего не будет — либо ты меня, либо я тебя. Скорее, последнее. С тобой, сволочь, говорит командир оперативной группы дивизионной контрразведки капитан Алексей Макаров. Группа чуть западнее пошла, скоро будет. Если хочешь, давай потрещим по душам.
Он приподнялся, и фашистский агент снова дважды выстрелил. Одна пуля пролетела в угрожающей близости от уха, он чувствовал ее смертельное дыхание. Четыре патрона осталось у предателя. Перезарядить не успеет — капитан бегать умеет…
— Хочешь гранату? — спросил он. — Будет тебе граната, на кусочки порвет и по веткам разбросает. Но ты же ценная птица? Живым бы взять, чтобы поделился с нами информацией. Давай сделку? Я беру тебя живым, и какое-то время тебя не расстреляют, будешь немцам донесения бросать по нашим подсказкам.
— Да пошел ты… — процедил агент. — Сволочь ты паскудная…
Голос был отчасти знакомым, но пока, к сожалению, никак не идентифицировался.
— Ну, конечно, — рассмеялся Алексей. — Я тебе прямо всю жизнь сломал. Кабы не я, ты бы до своих добрался, накормили бы, напоили, спать с немками положили, да? Ох, уж эти немки… — Он прижался к земле, когда прогремел одиночный выстрел, и сделал мысленную зарубку — три патрона у паршивца.
— Это почему? — переварив услышанное, проворчал агент.
— Объясняю. Мы из кожи лезли, чтобы пустить достоверный слушок о грядущем прорыве у Ревзино. Какие-то части туда-сюда двигали. Отправил окончательную и бесповоротную дезинформацию? Не будет под Ревзино удара — пыль мы вашим в глаза пускали, понимаешь? А вы сожрали «дезу».
Агент подавленно молчал. Впрочем, на движения противника реагировал молниеносно. Алексей рискнул, было, привстать — и вновь «пятнашки» со смертью! Агент стрелял ожесточенно, выпустил две пули. Одна снесла пилотку с буйной головы капитана, другая чуть не чиркнула по плечу.