Те отвечали, один стоял на коленях в орешнике, другой метался правее, захваченный врасплох. Оба били, не целясь, абы куда, а он целился! Тот, что справа, продолжал орать — уже со свинцом в груди, даже палец пристыл к спусковому крючку — автомат трясся, пока не опустел весь магазин. Второму пуля попала в каску, он повалился навзничь, раскинув руки."
"Алексей облегченно вздохнул, неземные какие-то нагрузки… Состояние отвратительное, словно оброс избыточной массой, ноги еле волочились. Он чувствовал себя средневековым рыцарем в доспехах, слезшим с лошади… Подошел к последнему, чтобы добить.
Тут будет реклама 1
Обер-гренадер лежал, оскалившись, разбросав конечности. В автомате было пусто, он передернул затвор — все равно пусто. Экая досада! Хотел нагнуться, чтобы забрать автомат и добить врага его же оружием, но тот вдруг распахнул глаза! Мускулистый светловолосый молодчик лет двадцати семи. Глаза навыкат, бледный, как призрак. Каска слетела с головы, волосы, мокрые от пота, стояли дыбом. Он рявкнул что-то гортанное, схватил Алексея за руку.
Тут будет реклама 2
И ведь вывел, паршивец, из равновесия! Не успел опомниться, как немец схватил его за ворот второй рукой, в мускулистых лапах таилась невероятная сила! Ноги потеряли опору, завертелась земля, он куда-то падал… Почему все так плохо? Расслабился, «доверился» фашисту… Туша орущего обер-гренадера придавила его к земле, стальные лапы сжимали горло. Немец хрипел, злорадно скалился, сжимая удавку. Растерянность, какой-то безумный страх, неужели вот так все кончится?! Алексей извивался, пытался ударить его ногой, но нижние конечности противника его блокировали.
Тут будет реклама 3
Дышать было нечем, голова разрывалась, бешеные круги плясали перед глазами. Он схватился за волосы на затылке фашиста, рвал их, тянул от себя. Но сила в пальцах уже была не та, он постепенно слабел. Выдавить глаза тоже не получилось. Последняя попытка — дотянуться до пистолета — тоже провалилась, мешала туша, полностью его накрывшая…
Сознание угасало, и Алексей почти смирился. Но не пришел еще час капитана контрразведки предстать перед вечностью.
Тут будет реклама 4
Он практически выбыл из игры, когда раздался хруст лопнувшей черепушки. Кто-то подошел сзади и приложил знакомый гаечный ключ к голове обер-гренадера. Никогда ему уже не стать ефрейтором… Ослабла хватка, разжались пальцы. Последовал второй удар — добивающий. Силачом-тяжеловесом спаситель, мягко говоря, не был, но как-то стащил с него тушу, обливающуюся кровью и рвотой.
Потом его приводили в чувство хлесткими пощечинами.
