— Немцы орудуют на объекте, подготавливают эвакуацию, но пока ничего не вывозили. Они уверены, что имеют в запасе вагон времени. У них тоже бардак, насколько известно, колонна машин на объект еще не подошла.
— И откуда тебе все это известно? — недоверчиво пробормотал Алексей. — Ты располагаешь информацией, которой не располагает даже мое ведомство…
— У нас на объекте был свой человек, — приоткрыла завесу Эмма. — Немецкий антифашист, работник Коминтерна, по совместительству офицер немецкой разведки. Для тебя не секрет, что немецкая разведка абвер — структура разнородная, люди там служат самые разные.
— Предпочел бы это сделать один, — буркнул Алексей.
— Мы не ставим вопрос подобным образом, — ехидно улыбнулась Эмма. — В противном случае тебе придется меня пристрелить. По дороге перекусим, у меня осталось немного хлеба и холодной картошки. Но в начальники не лезть, самостоятельно тропу не протаптывать, а следовать только за мной.
— Ты ведешь себя так, словно знаешь эту местность, — недоверчиво заметил Алексей.
— Знаю, — согласилась Эмма. — Я уже неделю хожу вокруг да около.
С этой женщиной, хоть тресни, было что-то не так! Мозги капитана контрразведки не засорила пропаганда, он умел критически мыслить, наблюдать, анализировать. Инстинкт самосохранения был развит превосходно (что не исключало авантюрный склад ума). Эта женщина ненавидела фашистов, ее действительно интересовали архивы абвера, и все же что-то с ней было не в порядке. Она не была врагом, но была ли она другом? Какие мысли вертелись в симпатичной головке? Сколько процентов правды было в том, что она наплела?
Но разбрасываться союзниками в данной ситуации было глупо.
"Они двигались в северо-восточном направлении, иногда останавливались, прислушивались. Канонада рокотала на северо-западе, в районе Невеля. Возможно, в ту «степь» и стянуло советское командование основные силы, оголив южный участок фронта.