Сейчас, когда такой прыти от него никто не ждал, Шейрану удалось бы незаметно выбраться из особняка, а затем покинуть столицу… Однако побегом он лишь подтвердил бы вину перед новой властью. С Дэном больше не стали бы любезничать, отдали его тхаомагам. Домочадцев самого виконта арестовали…
Оставалось лишь и дальше придерживаться выбранной роли.
Шейран распорядился заложить карету. Он не был уверен, что его самочувствие внезапно не ухудшится и у него хватит сил самостоятельно добраться до родного ведомства и вернуться обратно.
Затем написал письма своей маленькой армии. Сложнее всего оказалось написать письмо мернианке, в конце концов Шейран вывел на бумаге лишь пару строк.
На подушку рядом с Аланой он положил записку и туго набитый кошель. Застегнул на шее девушки тонкую цепочку. Улыбнулся, подумав, как она разозлится, когда проснется. Да что там, его олененок будет в ярости!.. Увы, сделать для Аланы он теперь способен немногое.
В этот раз Шон Иргус принял его сразу.
В глубине души Шейрана всколыхнулось раздражение: герцог Харрис никогда не позволял себе есть на рабочем месте.
— Лорд Иргус, доброе утро! — Виконт легко поклонился.
— Проходите, садитесь. — Барон приглашающе взмахнул вилкой. — Лорд Ферт, позавтракать со мной не изволите?
Шейран прислушался к собственным ощущениям, затем кивнул:
— Не откажусь.
Он не боялся, что его могут отравить. Во-первых, Иргус только носил маску простака, но никогда не действовал прямолинейно, во-вторых, Шейран мог распознать три десятка ядов. Сонное зелье подсыпать ему глупо, максимум — средство, развязывающее язык. Вот только у бывшего императорского порученца за плечами годы тренировок, стоит ментальный блок, а потому разговорить его совсем непросто.
Даже если бы он не был голоден, все равно отказываться от завтрака не стоило.
— Не скрою, я удивлен вашему визиту. Не ожидал, что вы навестите меня столь скоро и сделаете это без посторонней помощи.
Барон отправил себе в рот очередную порцию омлета.
— Мне кажется, у нас возникло недопонимание. Я не могу продолжать валяться в кровати, когда мой друг и слуги в тюрьме.