А ещё меня убивает, что он всё воспринимает с такой холодностью и отрешённым видом, будто происходящее его не касается. У меня нет сил, даже чтобы дать ему пощёчину. Впрочем, нет и желания это делать. Не хочу. Ничего не хочу. Я опустошена и сломана. И едва стою на ногах.
– Куда ты поедешь?
– Думаю, куда бы я сейчас ни отправилась, тебя это больше не касается, – дрожащим голосом отвечаю я. – Ты же этого хотел?
– Наташа. – Динар берёт меня за руку.
– Мне сейчас очень больно, – тихо шепчу я. – Отпусти. Прошу. Не прикасайся ко мне.
Что-то живое и неуловимое мелькает в его взгляде, но ровно на секунду, а потом Динар разжимает кулак, и моя рука безвольно падает вниз.
– Всё тайное рано или поздно становится явным. Мне жаль, что не оправдал твоих ожиданий. Я уже говорил, но повторю: иногда чувств недостаточно, чтобы всё было по-другому. Ты ураганом ворвалась в мою жизнь, я не планировал с тобой никаких отношений. И с самого начала старался быть максимально честным.
– Максимально честным? Правда? Есть грани, которые переходить нельзя, и эта – одна из них.
Я бросаю взгляд на бумаги. Они всё ещё лежат на полу, и хочется каждую поднять и зачитать вслух, чтобы напомнить о честности по отношению ко мне.
– Мне выгоден этот брак. Разводиться я не планирую. Я собирался сказать тебе обо всём позже и при других обстоятельствах. Знаю, ты бы хотела услышать, что это неправда, но это не так.
Всё-таки правда…
Я хватаю сумку с вещами и выскакиваю наружу. Когда оказываюсь за воротами его дома, в котором пережила лучшие моменты в своей жизни, из меня вырывается громкий всхлип.
До квартиры доезжаю как в тумане. Поднимаюсь наверх и долго стою у двери, не в силах попасть ключом в замочную скважину.