Вся процедура заняла не так много времени, в присутствии представителей юридической компании у Саломии взяли биоматериал — ватной палочкой поскребли внутреннюю сторону щеки, взяли образцы волос и ногтей. Все было отснято на камеру и задокументировано. Ей казалось, все происходит не с ней, в какой-то параллельной реальности. Страха не было, чего ей бояться? Ей ничего не нужно ни от Елагиных, ни тем более от Фон-Росселей.
Когда она вышла в коридор, увидела Нину Андреевну с Самариным, владельцем клиники, выходящими из соседнего кабинета, Самарин задумчиво покусывал губу и периодически хмурился, Нина Андреевна же сохраняла все ту же непроницаемую маску вместо лица.
— Саломия, можно вас пригласить на чашку кофе? — послышалось за спиной учтивое, она обернулась, Вадим стоял, заложив руки за спину и довольно бесцеремонно ее разглядывал.
— Благодарю, — ей совсем не улыбалась мысль провести в обществе этого человека даже самое недолгое время, — я не хочу кофе, мне нужно домой.
— Я могу вас подвезти.
— Да, Саломия, поезжай или возьми такси, — вмешалась Нина Андреевна, — мне еще нужно здесь побыть.
Пришлось ехать, она не нашла ни одной причины, чтобы отказаться от любезно предложенной помощи, попросила отвезти ее в городскую больницу.
— Я хотел бы извиниться, Саломия, что, возможно, мой поступок послужил поводом для вашей ссоры с мужем.
— Никакой ссоры не было, — поспешно остановила его Саломия, — с чего вы взяли?
— На вас не было обручального кольца, и я решил…
— Да, мы сняли украшения, чтобы случайно не повредить вещи, — объяснила она, сама не зная, зачем оправдывается.
— Вы меня просто сразили, — тихо продолжил Вадим, — я никогда не встречал таких красивых девушек. Если бы вы согласились, мы могли бы поддерживать дружеские отношения…
— Я замужем, Вадим. Не вижу смысла ни в каких отношениях, — оборвала Саломия и снова уставилась в окно. У здания больницы поблагодарила и выскочила из машины, пресекая попытки Вадима продолжать разговор.