После обязательного карантина Рихтер фон Ризе установил за Мельником наблюдение, но тот вел себя обыкновенно: посещал приятелей, ходил в кино, ухаживал за женщинами. Вел ничем не примечательную жизнь незаурядного агента. Подозрительность барона могла успокоить только личная беседа с агентом, которую он назначил на седьмой день после его прибытия.
Всегда пунктуальный, Рихтер фон Ризе в этот раз опоздал к разговору на целых полчаса, что также не являлось случайностью. Мельник должен немного подождать, понервничать, что, безусловно, скажется на настроении предстоящего разговора.
— Меня задержали служебные дела, — сообщил фон Ризе, увидев в приемной поднявшегося Мельника. — Давайте пройдем… Прошу, — предложил он свободный стул, когда они прошли в кабинет. — Ваша работа меня впечатляет, она выше всяких похвал. Вижу, что вы накопили изрядный опыт за время предыдущих командировок. Но у меня к вам будет несколько вопросов, — внимательно посмотрел штандартенфюрер на Мельника.
— С удовольствием отвечу на них, господин штандартенфюрер, — охотно отрапортовал Мельник.
— Но сначала давайте допьем коньяк, как мы с вами договаривались, за ваше возвращение…
— Я не возражаю, — широко заулыбался Антон.
Барон фон Ризе разлил коньяк в пузатые рюмки и проговорил:
— За победу великой Германии!
— За победу! — охотно подхватил Мельник.
Когда с коньяком было покончено, штандартенфюрер задал первый вопрос:"
"— Неужели в последней командировке вас ни разу не остановил патруль?.
— Я уже научился не реагировать на подобные проверки, — понимающе кивнул Антон. — Я не придаю им особого значения, поэтому не внес в рапорт. Меня остановили три раза… Первый раз — на следующий день после десантирования. Второй раз это произошло в Калуге: почему-то патрулей там было много… И третий раз — в Люберцах.